Александр Невский
 

На правах рекламы:

• Для вас в нашей фирме крапленые карты недорого по низким ценам.

Возвращение во Владимир

Ранней весной 1259 года великий князь Александр с чадами и домочадцами выехал из Новгорода во Владимир. Наступила распутица. Путь был нелегок. Горько и тяжело было на душе у князя Александра. После двукратных унизительных хлопот в Орде он пережил тягостное время татарской переписи вольнолюбивых новгородцев. Несмотря на его блистательные победы над шведами на Неве и в Емской земле и над немцами на льду Чудского озера, новгородцы восстали против него, и в этой крамоле пострадали его сын Василий, многие бояре и храбрецы, участники Невского сражения. Нелегко было согнуть выю под татарский ярем свободолюбивому народу. Тяжело отдавались в сердце незаслуженные укоры новгородцев: «Князь-де заодно с сыроядцами и оковы нам привез!»

После всего перенесенного князь хотел отдохнуть душою и для того заехал к своим родичам в Ростов. После разрушения Владимира цветущий Ростов стал главным городом Северо-Востока Руси, хотя формально столицей княжества считался Владимир. Ростов мало пострадал от татар. В нем жила старшая в роде княгиня Мария Михайловна, вдова князя-страстотерпца Василька Константиновича и дочь другого страстотерпца великого князя Михаила Всеволодовича Черниговского. Сыновья княгини Марии, Борис и Глеб Васильевичи, находились большей частью при ней (во всяком случае, когда жили в Ростове). Они получили блестящее образование, а среди их учителей выделялся некий Всевед, княжеского происхождения. Ростовские князья принимали политику Александра Невского и всегда сочувствовали ему.

Великий князь хотел успеть в Ростов к Вербному воскресенью, но его задержала распутица. Наконец он добрался до города, где его встречали князья Борис Василькович и Димитрий Борисович, княгиня Марина, вдова князя Константина Всеволодовича Ярославского, и ростовский владыка Кирилл.

— Отче и господине, — воскликнул князь Александр, подходя под благословение к маститому пастырю, — благодаря тебе и твоей молитве я благополучно и в добром здравии съездил в Новгород и твоею же молитвою благополучно возвратился, веление Божие исполнив!

Великий князь вошел в храм Успения Пресвятой Богородицы и, пав на колени, горячо молился, а затем поклонился мощам великого проповедника ростовского, святителя Леонтия.

На Святую Пасху, 12 апреля 1259 года, Невский герой с княгиней Марьей Михайловной, князьями Глебом и Димитрием и княгиней Мариной побывали в селе Угожь, где молились в местной церкви Богоявления Господня и дали большие вклады во здравие души. Затем великий князь возвратился в Ростов, где жил до дня празднования перенесения святых мощей князей Бориса и Глеба (2 мая). Он совершал молебны с великим торжеством и благоговением и творил великие милостыни храмам и людям. Особенно довольна поездкой была великая княгиня Дарья Изяславна, супруга Невского героя, мать его детей Димитрия и Андрея.

На следующий день, 3 мая, князья Глеб и Димитрий проводили великого князя до холмистого возвышения на суздальской дороге и простились с ним. На том месте потом долго стоял намет, а затем князь Глеб Василькович поставил терем и нередко останавливался в нем, когда ездил на охоту. Впоследствии здесь возникла деревня Александрино.

Приехав во Владимир, великий князь удостоился торжественной встречи митрополита Кирилла со всем освященным собором, с черноризцами и мирскими, с боярами и горожанами. Люди несли хоругви и иконы, распевая псаломские песни.

После литургии митрополит возгласил с амвона: «Слава тебе, великий князь Александр Ярославич! Ты ведь уподобился святому Константину Великому, лесть агарянскую преодолевшему! Не преступай, княже, завета, что положили твои пращуры — святой Владимир, богоизбранный Ярослав, мудрый Владимир Мономах и другие иже с ними доблии отпрыски благородного корени славных Рюриковичей, ибо ты стяжал Константинову доблесть, Владимирову веру, Ярославле мужество. Помни, что заповедал царь Соломон Премудрый: "Золото не в сокровищнице познается, но когда помогает сирому и вдовице, когда хранишь Правду и завет нищелюбия"».

С этого времени великий князь еще больше стал заботиться о русских полонянниках, живших в Орде. Дважды он посылал подарки хану и серебро для выкупа пленных с епископом ростовским Кириллом. И грамоту посылал хану Берке, чтобы тот позволил открыть в Сарае православную епархию, включавшую бы земли по Дону и его притокам, а также земли Переяславля Южного.

Хан Берке согласился, и епархия была открыта. В 1261 году в Сарай приехал епископ Сарский и Подонский Митрофан. Вскоре он построил и открыл в Сарае первый православный храм и крестил много народа, в том числе и татар. Хан дал иерархам Русской церкви особый ярлык, в котором говорилось: «Кто будет хулить веру русскую или ругаться над нею и ничем не извинится, пусть тот умрет злою смертью».

Владыка Ростовский Кирилл часто ездил в Орду. Хан Берке не раз вызывал его для врачевания, ибо Кирилл Ростовский славился и как искусный лекарь. Однажды он исцелил сына Берке, наследника престола. Хан любил слушать рассказы владыки (разумеется, на монгольском языке, которым святитель владел) о святых апостолах Петре и Павле, о святом епископе Ростовском Леонтии, особенно о том, как тот учил детей.

В конце 1250-х — начале 1260-х годов начинается некоторое сближение русской знати с татарской. Так, князь Белозерский Глеб Василькович1 20 мая 1257 года вступил в брак с родственницей хана Улавчия царевной Газель, дочерью Неврюя. Газель крестилась в Ростове и получила в святом крещении имя Феодора. Племянник хана Берке царевич Даир Хайдакулла тайно бежал в Ростов и там 29 июня 1261 года крестился с именем Петр. Он поселился в Ростове, женился на дочери татарского баскака мурзы Узбека (в святом крещении Феодулии); Узбек остался на Руси, обрусел и тоже крестился2. Царевич Петр стал другом князя Бориса Васильковича, позднее он построил монастырь в честь святых апостолов Петра и Павла3. Татарские и болгарские купцы сделали Ростов своим торговым центром и основали Татарскую слободу в окрестностях Ростова, на берегу Ростовского озера.

...Между тем княгиня Дарья Изяславна в 1261 году родила младшего сына Даниила, будущего князя Московского, основателя дома Ивана Калиты и грядущей России...

Русские летописцы тогда записали: «Бысть тишина велика христианам». Воистину так! Восточная дипломатия Александра Невского приносила свои ощутимые плоды, хотя до избавления от ига было еще очень далеко.

Но это было затишье перед бурей.

Примечания

1. Князь Глеб Василькович (князь белозерский с 1251 по 1277 год; ум. в 1278 году) несколько лет прожил в Сарае как заложник при ханах. Тонкий дипломат, владевший татарским и монгольским языками, он не раз улаживал конфликты Руси и Орды в лучших традициях Александра Невского и его восточной политики.

2. В Ростовской земле есть деревня Узбеково. Там в XIX веке показывали место за Сохатским болотом, где стоял терем мурзы Узбека.

3. По кончине супруги своей постригся в монахи Петровского монастыря. Кончил жизнь в глубокой старости 29 июня 1290 года. Причтен к лику святых. В числе потомков — князь Георгий Петрович Шубин и священник Георгий Скрыница, который выступал в 1503 году на соборе о вдовых попах.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика