Александр Невский
 

На правах рекламы:

Лента светодиодная выбираем светодиодную ленту aviled.ru.

электронная сигарета недорого купить, armango в кемерово

4. Ростовское летописание

Самым древним летописанием северо-восточной Руси является летописание Ростовское, возникшее в начале XII в. Сложность его изучения заключается в том, что памятники ростовского летописания XII—XV вв. в «чистом» виде не сохранились. В то же время, по единодушному мнению всех исследователей, ростовские летописные своды представлены почти во всех главнейших русских летописях: Лаврентьевской, Новгородской четвертой, Софийской первой, Ермолинской, Львовской и т. д. История ростовского летописания восстановлена в общих чертах трудами нескольких поколений отечественных исследователей (А.А. Шахматов, М.Д. Приселков, А.Н. Насонов, Ю.А. Лимонов, Л.Л. Муравьева). Монографического исследования о ростовском летописании нет.

О ветхом летописце ростовском упоминает епископ Владимирский Симон (1220-е гг.) в письме к монаху Киево-Печерского монастыря Поликарпу. Это упоминание указывает на существование летописания в Ростове в XII в. Начало ведения ростовских летописных записей относят к 20—30-м гг. XII в. Эти записи при князе Юрии Долгоруком были оформлены в летописец (М.Д. Приселков, Ю.А. Лимонов). А.Н. Насонов относит начало ростовского летописания ко второй половине XII в., отмечая, что велось оно при ростовском Успенском соборе (свод 1193 г.). Инициаторами создания летописей в Ростове выступали то епископы, то князья. В XIII в. появилась целая серия княжеских летописных сводов: Константина Всеволодовича и его сыновей (записи за 1206—1227 гг.), свод 1239 г. — Ярослава Всеволодовича. Летописный свод 1239 г., составленный в Ростове, был великокняжеским, то есть летописным сводом всей Владимиро-Суздальской земли. Ростовский летописец под 1227 г. при описании поставления епископа во Владимире помянул и себя, правда, традиционно для древнерусской литературы не указав своего имени («приключися и мне, грешному, ту быти и видети»). Этому ростовскому летописцу, по словам М.Д. Приселкова, присуща «агиографическая» манера рассказа — герои повествования произносят длинные молитвенные речи, иногда повторяя их, все повествование проникнуто поучительным тоном.

Во второй половине XIII в. ростовское летописание в связи с разорением большинства русских городов татарами (Ростов не был разорен) становится на короткое время общерусским. В 1263 г. в Ростове составлен общерусский летописный свод, называемый иногда летописным сводом княгини Марии (Д.С. Лихачев). Княгиня Мария была женой ростовского князя Василька Константиновича, убитого татарами в 1238 г. за отказ «быти в их воле и воевать с ними». М.Д. Приселков считал, что летописный свод 1263 г. был составлен «горячим почитателем ростовского епископа Кирилла, умершего в 1263 г.» (Приселков М.Д. История русского летописания. С. 149). Именно этим он объясняет появление жития епископа в летописном тексте под 1231 г. В литературе отмечена определенная связь этого жития с Повестью о житии Александра Невского, также помещенной в летопись составителем летописного свода 1263 г. Епископ Кирилл был известным сочинителем и книжником своего времени. Под 1262 г. летописец, очевидец событий, сообщил о выступлении против татар ростовчан и об убийстве одного из первых русских предателей и о его бесславном конце: «Томьже лѣте оубиша Изосиму преступника, то бѣ мнихъ образомъ, точью сотонѣ съсудъ. Бѣ бо пьяница и студословець, празнословець и кощюньникъ, конечное же отвержеся Христа и бысть бесурменинъ, вступивъ в прелесть лжаго пророка Махмеда... сего безаконного Зосиму оубиша в городѣ Ярославли, бѣ тѣло его ядь псом и вороном». (ПСРЛ. Т. 1. Л., 1927. Стб. 476).

С Ростовом связан и самый ранний список (XIII в.) «Летописца вскоре» патриарха Никифора, в котором византийская история продолжена русскими известиями, доведенными до 1276 г., в том числе и ростовскими.

В конце 70-х — начале 80-х гг. XIII в. в Ростове был составлен ещё один летописный свод. На это указывают ростовские известия, прослеживающиеся в Лаврентьевской летописи до 1281 г., а также, по мнению В.С. Иконникова, текст Тверского сборника под 6784 (1276) г.: «По то же лѣто князя лѣтописецъ». Этот летописный свод Ю.А. Лимонов датировал 1279 г.

У В.Н. Татищева в его Истории упоминается о ростовской летописи 1313 г., но самой летописи не сохранилось.

На основе анализа целого ряда русских летописей Л.Л. Муравьева обосновала существование ростовского свода 1365 г., называя его памятником епископско-княжеского летописания.

Для характеристики ростовского летописания конца XII — начала XV в. особое значение имеет так называемая Московско-Академическая летопись (другое название — московско-академический список Суздальской летописи) — памятник, дошедший до нас в единственном списке (РГБ, ф. 173, собр. МДА, № 236; прежний шифр — собр. МДА, № 5/ 182). В третьей части этой летописи (с 6746 (1238) г. по 6927 (1419) г.) представлен ростовский летописный свод, доведенный до 1419 г. (последнее известие летописи). Существует особая версия этого свода в виде краткого «Летописца русского». В Московско-Академической летописи, на всем протяжении ее третьей части, присутствуют ростовские известия, подобные следующему: «В лѣто 6919 индикта 4, мѣсяца сентября 26 свершися храмъ пречестныя Богородица в Ростовѣ зборная, иже бѣ изгорѣла от пожара, а священа бысть месяца октября 1 боголюбивымъ Григорьемъ епископомъ Ростовьскымъ и Ярославъскымъ» (ПСРЛ. Т. 1. Лаврентьевская летопись. Вып. 3. Приложения: Продожение Суздальской летописи по Академическому списку: Указатели. Л., 1928. Стб. 539). Предполагается, что составление Московско-Академической летописи было связано с ростовским епископом Григорием (1396—1417 — годы его епископства). Составление всех последующих ростовских летописей связано с епископом ростовским Ефремом, архиепископами Трифоном (1462—1467 гг.), Вассианом и Тихоном (1489—1505 г.). Судя по характеристике ростовского летописания, данного А.А. Шахматовым на основе анализа Типографской и других летописей, почти при каждом новом владыке ростовском создавался новый летописный свод. Эти ростовские летописные своды XV в. активно использовались в других летописных центрах при создании новых летописных памятников. Например, ростовский владычный летописный свод 1472 г. архиепископа Бассиана Рыла был основным источником Ермолинской летописи, а свод 1484 г. архиепископа Тихона был источником Типографской летописи. В последней находится «Повесть о стоянии на реке Угре», которая имеет отличия от подобных Повестей в московских летописях. Автором или редактором этой Повести был ростовский летописец, работавший над летописью в 80-е гг. XV в. при архиепископской кафедре. В тексте Повести он подчеркивает предательскую роль Андрея Большого и Бориса, братьев великого князя, во время противостояния русских и татар. Автор Повести понимает все значение стояния на реке Угре, положившего конец многовековой зависимости России от татар. Здесь же он предупреждает о другой угрозе, исходящей от турецкой империи: «О храбри мужствении сынове рустии! Подщитеся свое отечество, Рускую землю, от поганых сохранити, не пощадите своих глав, да не узрят очи ваши разпленения и разграбления домов ваших, и убьяния чад ваших, и поругания над женами и дѣтми вашими, яко же пострадаша инии велицыи славнии земли от турков. Еже глаголю: болгаре, и сербы, и грѣцы, и Трапизон, и Амморея, и албанасы, и хрьватыи, и Босна, и Манкуп, и Кафа и инии мнози земли, иже не стяжа мужства и погибоша, отечество изгубиша и землю и государьство, и скитаются по чюжим странамь бѣдне воистину, и странне, и много плача, и слез достойно, укаряеми и поношаеми, оплюваеми, яко немужствении... И пощади, Господи, нас, православных християн, молитвами Богородица всѣх святых. Аминь». (Памятники литературы Древней Руси: Вторая половина XV века. М., 1982. С. 518—520). Как видим, ростовский летописец XV в. не только имел представление о происходивших вокруг России событиях, но и воспринимал их в правильной исторической перспективе.

Другой ростовский летописец на основе одного из владычных летописных сводов составил в конце XV в. краткий ростовский владычный свод, где описаны события с 859 г. по 1490 г.

О ростовском летописании XVI в. известно мало. Существовала какая-то ростовская летопись, оканчивавшаяся временем Ивана IV, но единственный список ее утрачен (находилась в рукописном собрании П.В. Хлебникова).

Известен, например, краткий Летописец Ростовский, составленный в конце XVII в. дьячком одной из ростовских церквей, а в библиотеке Ростовского архиерейского дома в XVII в. находились три русских хронографа, но трудно сказать, составлялись ли они в Ростове. С Ростовом, точнее, его преемником по архиепископской кафедре Ярославлем, связан один из знаменитых русских хронографов XVII в. — хронограф Спасо-Ярославского монастыря, на последних листах которого помещалось «Слово о полку Игореве». Велось летописание в Ростове и в XVII в., но оно несопоставимо по своему значению с ростовскими летописными сводами XV в.

Издания

ПСРЛ. Т. 1. Вып. 3. Продолжение Суздальской летописи по Академическому списку. 2-е изд. Л., 1928; ПСРЛ. Т. 24. Типографская летопись. Пг., 1921; Насонов А.Н. Летописный свод XV в. (по двум спискам) // Материалы по истории СССР. Т. II. М., 1955. С. 273—321; Богданов А.П. Краткий Ростовский летописец конца XVII века // Советские архивы. 1981. № 6. С. 33—37.

Литература

Шахматов А.А. Обозрение русских летописных сводов XIV—XVI вв. М.; Л., 1938. Гл. 9, 19, 22; Насонов А.Н. Малоизученные вопросы Ростово-Суздальского летописания XII в. // Проблемы источниковедения. Вып. X. М., 1962. С. 349—392; Воронин Я. Я. К вопросу о начале Ростово-Суздальского летописания // Археографический ежегодник за 1964 г. М., 1965. С. 19—39; Буганов В.И. Отечественная историография; Муравьева Л.Л. Летописание северо-восточной Руси конца XIII — начала XV века. М, 1983. Гл. V. Ростовское летописание.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика