Александр Невский
 

3. Новгородская первая летопись старшего извода (1136—1177 гг. 1200—1247 гг.)

Cамая древняя из русских летописей, дошла до нас в рукописи XIV в на пергамене (ГИМ, Синод. собр., № 786). Иногда называется Синодальной (по месту нахождения) или Харатейной (по материалу рукописи). Из-за утраты листов текст начинается с известия 6524 (1016 г.). Непрерывное погодное изложение доводится до 6841 (1333 г.), после чего приписаны известия трех лет. Существует фототипическое издание рукописи: Новгородская харатейная летопись. /Изд. под набл. акад. М.Н. Тихомирова (М., 1964). Публикация осуществляется по изданию: Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов/. Под ред. и с предисловием А.Н. Насонова. М., Л; 1950. В сносках буквами КАТ обозначены списки Новгородской первой летописи младшего извода: Комиссионный — К, Академический — А, Толстовский — Т.

...Въ лѣто 6644. Индикта лѣта 14, новгородьци призваша пльсковиче и ладожаны и сдумаша, яко изгонити князя своего Всеволода, и въсадиша въ епископль дворъ, съ женою и съ детьми и съ тьщею, мѣсяця маия въ 28; и стражье стрежаху день и нощь съ оружиемь, 30 мужь на день. И сѣде 2 мѣсяця, и пустиша из города июля въ 15, а Володимира, сына его, прияша. А се вины его творяху: 1, не блюдеть смердъ; 2, «чему хотелъ еси сести Переяславли»; 3-е, «ехалъ еси съ пълку переди всѣхъ, а на то много; на початыи велевъ ны, рече, къ Всеволоду приступити, а пакы отступите велить»1; не пустиша его донелѣже инъ князь приде. Тъгда же съгорѣ церкы святого Въскресения манастырь. Въ то же лѣто приде Новугороду князь Святославъ Олговиць ис Цернигова, от брата Всеволодка, мѣсяця июля въ 19, преже 14 каланда августа, въ неделю, на сборъ святыя Еуфимие, въ 3 час дне, а луне небесной въ 19 день. Томъ же лѣтѣ, наставъшю индикта 15, убиша Гюргя Жирославиця и съ моста съвѣргоша, мѣсяця септября. Въ то же лѣто святиша церковь святого Николы великымь священиемь, въ 5 декабря. Въ то же лѣто оженися Святославъ Олговиць Новегородѣ, и вѣньцяся своими попы у святого Николы; а Нифонт его не2 вѣньця, ни попомъ на сватбу3, ни церенцемъ дасть, глаголя: «не достоить ея пояти». Въ то же лѣто стрѣлиша князя милостьници Всѣволожи, нъ живъ бысть.

Въ лѣто 6645. Настанущю въ 7 марта, индикта лѣту 15, бѣжя Костянтинъ посадникъ къ Всѣволоду и инѣхъ добрыхъ мужь нѣколико; и въдаша посадницити Якуну Мирославицю Новѣгородѣ. Въ то же лѣта приде князь Мьстиславиць Всѣволодъ Пльскову, хотя сѣсти опять на столе своемь Новѣгородѣ, позванъ отаи новгородьскыми и пльсковьскыми мужи, приятели его: «поиди, княже, хотять тебе опять». И яко услышано бысть се, яко Всѣволодъ Пльсковѣ съ братомь Святопълкомь, и мятежь бысть великъ Новегородъ: не въсхотѣша людье Всѣволода; и побѣгоша друзии къ Всѣволоду Пльскову, и възяша на разграбление домы ихъ, Къснятинъ, Нѣжятинъ и инѣхъ много, и еще же ищюще то, кто Всеволоду4 приятель бояръ, тъ имаша на нихъ нѣ съ полуторы тысяце гривенъ, и даша купцемъ крутитися на воину; нъ сягоша и невиноватыхъ. Потомь же Святославъ Олговиць съвъкупи всю землю Новгородьскую, и брата своего приведе Глѣбъка, куряны съ Половьци, идоша на Пльсковъ прогонять Всеволода. И не покоришася пльсковици имъ, ни выгнаша князя от себе, нъ бяхуть ся устерегли, засекли5 осекы всѣ; и съдумавъше князь и людье на пути, въспятишася на Дубровьнѣ, и еще рекъше: «не проливаиме кръви съ своею братьею, нѣгли богъ управить своимь промысломь». Тъгда же прѣставися князь Всѣволодъ Мьстиславиць Пльсковѣ, и яшася пльсковици по брата его Святопълка; и не бе мира съ ними, ни съ сужьдальци, ни съ смольняны6, ни съ полоцяны, ни съ кыяны. И стоя всѣ лѣто осмьнъка великая по 7 резан.

Въ лѣто 6646. Мѣсяця марта, въ 9 день, на 40 Святыхъ, бысть громъ велии, яко слышахомъ чисто, въ истьбѣ сѣдяще. Въ то же лѣто выгнаша князя Святослава, сына Ольгова, из Новагорода, мѣсяця априля 17, въ неделю 3 по7 пасцѣ8, сѣдевъша 2 лѣта бес трии мѣсяць. Томь же лѣтѣ слашася по Гюргя Володимириця Суждалю; а въ 23 того мѣсяця пополошишася людье: сългаша бо, яко Святопълкъ у города съ пльсковици; и высушася всь городъ къ Сильнищю, и не бы ничтоже, а Святославлюю прияша Новегородѣ съ лучьшими мужи, а самого Святослава яша на пути смолняне и стрѣжахуть его на Смядинѣ въ манастыри, якоже и жену его Новегородѣ у святое Варвары въ манастыри, жидуще оправы Яропълку съ Всѣволодкомь. Въ то же лѣто въниде князь Ярославъ, сынъ Гюргевъ, вънукъ Володимирь, и-Суждаля Новугороду на столъ, маия въ 10; и съ пльсковици съмиришася. Въ то же лѣто9 князь Кыевьскыи Яропълкъ, и седѣ на столѣ брат его Вячеславъ.

Въ лѣто 6647. Приде Гюрги князь и-Суждаля Смольньску и зваше новгородьце на Кыевъ на Всѣволодка, и не послушаша его. И тѣгда бѣжа Ростиславъ Смольньску къ отцю из Новагорода, септября 1, сѣдѣвъ въ Новѣгородѣ 8 лѣт и 4 мѣсяцѣ; и разгнѣвася Гюрги, идя опять Суждалю, възя Новый търгъ. И послашася новгородци Кыеву по Святослава по Олговиця, заходивъше ротѣ; и бѣ мятежь Новѣгородѣ, а Святослав дълго не бяше. Въ то же лѣто въниде князь Святослав10 Олговиць Новугороду и сѣдѣ на столѣ мѣсяця декабря въ 25.

В лѣто 6648. Въ 20 марта бысть знамение въ солнчи, и толико оста его, якоже бываеть мѣсяць 4 днии, и пакы до захода напълнися.

Въ то же лѣто потоциша Кыеву къ Всѣволоду Къснятина Микулъциця, и пакы по немь инѣхъ муж 6, оковавъше, Полюда Къснятиниця, Дьмьяна, инѣхъ колико.

Въ лѣто 6649. Априля въ 1 бысть знамение на небеси дивьно велми: 6 круговъ, 3 около солнця, а кроме солнця другыя 3 великы, и стоя близъ не весь день. Въ то же лѣто придоша ис Кыева от Всеволода по брата Святослава вести Кыеву11; «а сына моего, рече, приимите собе князя». И яко послаша епископа по сына его и много лепьшихъ людии, а Святославу реша: «а ты пожиди брата, то же поидеши»; онъ же убоявъся новгородьць: чи прѣльстивъше мя имуть, и бежа отаи въ ноць; Якунъ съ нимь бежа. И Якуна яша на Плисѣ, и приведъше и семо съ братомь его Прокопьею, малы не до смерти12, обнаживъше, яко мати родила, и съверша и съ моста; нъ богъ избави, прибрьде къ берегу, и боле его не биша, нъ възяша у него 1000 гривенъ, а у брата его 100 гривенъ, такоже и у инѣхъ имаша; и затоциша Якуна въ Чюдь съ братомь, оковавъше и руцѣ къ шьи. И последь приведе я къ собе Гюрги и жены ея из Новагорода, и у себе я дьржаше въ милости. И разгнѣвася Всеволодъ, и прия слы вся и епископа и гость. И сѣдѣша новгородци бес князя 9 мѣсяць: и призваша и-Суждаля Судилу, Нежату, Страшка, оже бѣху бежали из Новагорода, Святослава дѣля и Якуна; и даша посадницьство Судилу Новѣгородѣ; и послаша по Гюргя по князя Суждалю, и не иде, нъ посла сынъ свои Ростислав, оже тои преже былъ. Въ то же лѣто въниде Ростислав Гюргевиць Новугороду на столъ, мѣсяця ноября въ 26.

Въ лѣто 6650. Епископъ и купьце и слы Новгородьскых не пущаху из Руси, и они не хотяху иного князя, развѣ Святопълка; и въда имъ Святопълка и-своею руку; въротивъся Гюрги, оже пустилъ сынъ свои Новугороду. И услышаша Новѣгородѣ, яко Святопълкъ идеть къ нимъ съ всѣми людьми ихъ, и яша Ростислава, и въсадиша въ епископль дворъ, сѣдѣвъша 4 мѣсяци. Въ то же лѣто въниде Святопълкъ Новугороду, 19 априля; и пустиша Ростислава къ отцю. Въ то же лѣто приходиша Ѣмь и воеваша область Новгородьскую; избиша я ладожане 400 и не пустиша ни мужа. Въ то же лѣто приходи Свьискеи князь съ епископомь въ 60 шнекъ на гость, иже и-заморья шли въ 3 лодьяхъ; и бишася, не успеша ничтоже, и отлучиша ихъ 3 лодье, избиша ихъ полутораста.

Въ лѣто 6651. Стояше вся осенина дъждева, от Госпожина дни до Корочюна, тепло, дъжгь; и бы вода велика вельми въ Волхове и всюде, сено и дръва разнесе; озеро морози въ нощь, и растьрза вѣтръ, и вънесе въ Волхово, и поломи мостъ, 4 городнѣ отинудь безнатбе занесе. Въ то же лѣто оженися Святопълкъ Новгородѣ, приведе жену из Моравы, межи13 Рожествомь и Крещениемь. Въ то же лѣто ходиша Корела на Емь, и отбѣжаша 2 лоиву14 бити.

Въ лѣто 6652. Дѣлаша мостъ вьсь цересъ Волхово, по стороне ветхаго, новъ вьсь. Въ то же лѣто погоре Хълмъ вьсь и церквы святого Илье. Въ то же лѣто испьсаша честно притворы вся въ святой Софии Новгородѣ, архиепископъ Нифонтъ. Тъгда же даша посадницьство Нежатѣ Твьрдятицю. Въ то же лѣто съвѣршиша церковь камяну святой Богородици на Търговищи, Новегородѣ. Въ то же лѣто постави мя попомь архепископъ святыи Нифонтъ.

Въ лѣто 6653. Стояста 2 недели пълне, яко искря гуце, теплѣ велми, переже жатвы; потомь наиде дъжгь, яко не видехомъ ясна дни ни до зимы; и много бы уимѣ жить и сѣна не удѣлаша; а вода бы больши третьяго лѣта на ту осень; а на зиму не бысть снѣга велика, ни ясна дни, и до марта. Въ то же лѣто утопоста 2 попа, и не да епископъ надъ нима пѣти. Въ, то же лѣто заложиша церковь камяну на Смядинѣ, Борис и Глѣб, Смолъньскѣ15. Томь же лѣтѣ ходиша вся Русска земля на Галиць и много попустиша область ихъ, а города не възяша ни единого, и воротишася, ходиша же и из Новагорода помочье кыяномъ, съ воеводою Неревиномь, и воротишася съ любъвью16.

В лѣто 6654. Прѣставися въ Руси Всѣволодъ17 мѣсяця июля, и сѣдѣ на столѣ его брат Игорь, и сѣдѣ 2 недели; и негодовахуть его людье, и въздаша вѣсть къ Изяславу Мьстиславичю Переяславлю, и приде съ вои, и бишася; и поможе богъ Изяславу, и сѣде Изяслав на столѣ, и Игоря самого яша 5 день по побоищи18, и порубиша и; а на осень вымолися постричься, и пострижеся. Тъгда же даша посадницьство Костянтину Мукулъцицю, и у Нѣжатѣ отьмъше. Томь же лѣтѣ съдѣлаша 4 церкви: святую мученику Бориса и Глѣба въ градѣ, святого пророка Илье, и святую апостолу Петра и Павла на Хълмѣ19, и святую безмздьнику Козму и Дамияна.

Въ лѣто 6655. На осень ходи Святопълкъ съ всѣю областию Новъгородьскою на Гюргя, хотя на Суждаль, и воротишася на Новемь търгу, распутья дѣля. Томь же лѣтѣ прѣставися зимѣ Костянтинъ посадникъ, и даша Судилови Иванковицю опять. Тъгда же умре Онтонъ игуменъ.

Въ то же лѣто вдаша игуменьство Андрееви по Онтонѣ. Томь же лѣтѣ убиша Игоря князя Олговиця кыянѣ.

Въ лѣто 6656. Бысть дъжгь съ градомь июня въ 27, в неделю, и зажьже гром церковь святыя Богородиця въ Звериньци манастырь. Въ то же лѣто ходи архепископъ Нифонтъ Суждалю, мира дѣля, къ Гюргеви; и приять и съ любъвью Гюрги, и церковь святи святѣи Богородици великымь священиемь, и новотъдржьцѣ всѣ выправи и гость всь цѣлъ, и посла съ цьстию Новугороду; нъ мира не дасть. Тои же осени присла Изяслав ис Кыева сына своего Ярослава, и прияша новгородьци, а Святопълка20 выведе злобы его ради и дасть ему Володимирь. Тои же зимѣ приде Изяслав Новугороду, сынъ Мьстиславль, ис Кыева, иде на Гюргя Ростову съ новгородьци; и мъного воеваша людье Гюргево, и по Волзѣ възяша 6 городъкъ, оли до Ярославля попустиша, а головъ възяшя 7000, и воротишася роспутия дѣля.

Въ лѣто 6657. Иде архепископъ новъгородьскыи Нифонтѣ въ Русь, позванъ Изяславомь и Климомь митрополитомь: ставилъ бо его бяше Изяслав съ епископы Русскыя21 области, не славъ Цесарюграду; а Нифонтъ тако мълвляше: «не достоинѣ есть сталъ, оже не благословенъ есть от великаго сбора, ни ставленъ»; а онъ про то не бързо отрядивъ его, нъ посади и въ Печерьстѣмь манастыри, дондеже Гюрги придеть. Въ то же лѣто Гюрги приде на Кыевъ22, позванъ Святославомь Олговицемь, и бишася у Переяславля, и переяславьци сѣдоша на щитѣ, науцениемь Гюргя; и сѣде Гюрги Кыевѣ, а Изяславъ бѣжа Володимирю. На то же лѣто идоша даньници новгородьстии въ малѣ; и учювъ Гюрги, оже въ мале шли, и посла князя Берладьскаго съ вои, и бивъшеся мало негде, сташа новгородьци на островѣ, а они противу ставите, начаша городъ чинити въ лодьяхъ; идоша новгородьци к нимъ на третии день, и бишася; и много леже обоихъ, нъ суждальць бещисла. На ту же зиму придоша Емь на Водь ратью нѣ въ тысящи; и услышавъше новгородьци любо въ 500 съ Водью, идоша по нихъ, и не упустиша ни мужа23. Тои же нощи бысть знамение въ лунѣ: вся погыбе, въ заутрьнюю пакы напълнися, феурар.

Въ лѣто 6658. Приде архепископъ Нифонтъ ис Кыева, пущенъ Гюргемь княземь; и ради быша людье Новѣгородѣ.

Въ лѣто 6659. Победи Изяслав съ Вяцеславомь Гюргя у Переяславля, иуля 17. На ту же зиму преставися княгыни Изяславляя24. Въ то же лѣто архиепископъ Нифонтъ поби святую Софию свиньцемь всю прямь, извистию маза всю около. Тъгда же създаша 2 церкви: святого Василия и святую Костянтина и матере его Елены.

Въ лѣто 6660. Априля 23 загорѣся церкы святого Михаила въ сред Търгу, и много бысть зла; и погорѣ всь Търгъ и двори до ручья, а семо до Славина, и церквии съгоре 8, а 9-я Варязьская.

Въ лѣто 6661. Иде боголюбивыи архепископъ Нифонтъ въ Ладогу, и заложи церковь камяну святого Климента. В то же лѣто съруби Аркадъ игуменъ церковь святыя Богородиця Успение и състави собе манастырь; и бысть крестьяномъ прибежище, ангеломъ радость, а дьяволу пагуба.

Въ лѣто 6662. Изгнаша новъгородици князя Ярослава въ 26 марта, и въведоша Ростислава, сына Мьстиславля, априля въ 17. Въ то же лѣто поставиша церковь святого Савы. Въ то же лѣто прѣставися Изяслав Кыевѣ, ноябра 14. Тъгда же иде Ростислав из Новагорода Кыеву на столъ, оставивъ сына Давыда Новегородѣ; и възнегодоваша новгородци, зяне не створи имъ ряду, нъ боле раздьра, и показаша путь по нем сынови его. Тъгда послаша владыку Нифонта съ передьними мужи к Гюргеви по сынъ, и въвѣдоша Мьстислава, сына Гюргева, генваря въ 30. Тои же зиме прѣставися Вячеслав Кыевѣ. Тъгда же иде Ростиславъ к Чернигову ис Кыева, сѣдевъ Кыевѣ25 неделю 1, и победиша26 и, прѣльстивъше; и саде Изяслав Давыдовиць Кыевѣ.

В лѣто 6663. На върьбницю въниде князь Гюрги Кыеву и саде на столѣ, а Изяслав избежя Давыдовиць Цьрнигову; и прия Гюрги сыновьць въ миръ съ любовью, и волости имъ раздая достоиныя; и бысть тишина въ Русьстѣи земли.

Въ лѣто 6664. Выгнаша новъгородьци Судила ис посадницьства, и по том изгнании 5-и день умре; и потом даша посадницьство Якуну Мирославицю. Тои же весне прѣставися архепископъ Нифонтъ, априля въ 21: шьлъ бяше Кыеву противу митрополита; инии же мнози глаголаху, яко, полупивъ святую Софию, пошьлъ Цесарюграду; и много глаголаху на нь, нъ собе на грѣхъ. О семь бы разумети комуждо насъ: которыи епископъ тако украси святую Софию, притворы испьса, кивотъ створи и всю извъну украси; а Пльскове святого Спаса церковь създа камяну, другую въ Ладозѣ святого Климента. Мьню бо, яко не хотя богъ, по грѣхомъ нашимъ, дати намъ на утеху гроба его, отведе и Кыеву, и тамо прѣставися; и положиша и въ Печерьскемь манастыри, у святѣи Богородици въ печере. В то же лѣто събрася всь град людии27, изволиша собе епископь поставити мужа богомь избрана Аркадия; и шьдъше всь народъ, пояша и из манастыря от святыя Богородиця, и князь Мьстиславъ Гюргевиць, и всь клиросъ святыя Софие, и вси Попове городьстии, игумени и церньци, и въвѣдоша и, поручивъше епископью въ дворѣ святыя Софие, дондеже придеть митрополитъ въ Русь; и тѣгда поидеши ставиться. Въ то же лѣто поставиша заморьстии церковь святыя Пятницѣ на Търговищи.

Въ лѣто 6665. Бысть котора зла28 въ людьхъ, и въсташа на князя Мьстислава на Гюргевиця, и начяша изгонити из Новагорода, тѣрговыи же полъ сташа въ оружии по немь; и съвадишася братья, и мостъ переимаша на Вълхове, и сташа сторожи у городьныхъ воротъ, а друзии на ономь полу, малы же и кръви не прольяша межи собою. И тѣгда вънидоста Ростиславиця, Святослав и Давыдъ; и на ту нощь бежа Мьстислав из города. По трьхъ днехъ въниде Ростислав самъ, и сънидошася братья, и не бысть зла ничто же. Тои же веснѣ переставися Гюрги князь Кыевѣ, и посадиша Изяслава Давыдовиця кыяне на столѣ. Томь же лѣтѣ преставися Андрѣи, игуменъ святыя Богородиця, и поставиша Ольксу въ него мѣсто. На то же осень зѣло страшьно бысть: громъ и мълния, градъ же яко яблъковъ боле, мѣсяця ноября въ 7 день, въ час 5 нощи.

Въ лѣто 6666. Иде Ростислав Смольску29 и съ княгынею, а сынъ свои Святослав посади Новгородѣ на столѣ, а Давыда на Новемь тѣргу. Въ то же лѣто, по грѣхомъ нашимъ, моръ бысть въ людехъ многъ, и конь мъножьство помре, яко ньлзѣ бѣше доити до тѣргу сквозѣ городъ, ни по грѣбли, ни на поле выити смороды; такоже и скотъ помре рогатыи. Том же лѣтѣ ходи Аркадъ Кыеву ставиться епископомь, и поставленъ бысть от митрополита Костянтина, и приде въ Новѣгородѣ, мѣсяця септября въ 13 день, на канонъ святого Въздвижения. Томь же лѣтѣ победи Мьстиславъ Изяславиць Давыдовиця Изяслава, и прогна ис Кыева30, и позва Ростислава, стръя своего, Кыеву на столъ. Тои же осѣни поставиша Дионисия игуменомъ у святого Георгия31.

Въ лѣто 6667. Иде Мьстислав Кыеву и седѣ Кыевѣ на столѣ. В то же лѣто преставися Костянтинъ, митрополитъ русьскыи, Цьрниговѣ.

Въ лѣто 6668. Прияша новгородьци Ростиславиця Святослава, и поправиша и въ Ладогу, а княгыню въпустиша въ манастырь святыя Варвары, а дружину32 его въ погрѣбъ въсажаша; и въвѣдоша33 Мьстислава Ростиславиця, вънука Гюргева, мѣсяця июня въ 21. Тои же зимѣ въдаша посадницьство Нѣжатѣ, и ведоша34 Святослава въ Ладогу, и оттолѣ бежа въ Смолньскъ. Томь же лѣтѣ, на зиму, победи Ростислав Изяслава Давыдовиця у Бѣлагорода, и самого убиша, и множьство Половьць паде.

Въ лѣто 6669. Уладися Ростислав съ Андрѣемь о Новѣгородѣ, и вывѣдоста Мьстислава, Гюргевъ вънукъ, седевъшю ему годъ до года без недѣлѣ, а Святослава въвѣдоша опять на всѣи воли его, сентября въ 28. Тъгда же отяшя посадницьство у Нѣжате, а Захарии даша. Томь же лѣтѣ стоя всѣ лѣто ведромь и пригорѣ всѣ жито, а на осѣнь уби всю ярь морозъ. Еще же, за грѣхы наша, не то зло оставися, нъ пакы на зиму ста вся зима тепломь и дъжгемь, и громъ бысть; и купляхомъ кадку малую по 7 кунъ. О, велика скърбь бяше въ людьхъ и нужа.

Въ лѣто 6670. Прѣставися игуменъ Олькса святыя Богородицѣ, и поставиша по немь игуменомь Мануила. Томь же лѣтѣ у святого Духа Съшьствия поставиша игуменомь Саву.

Въ лѣто 6671. Преставися епископъ новъгородьскыи Аркадии септября въ 19; положиша и съ честью вѣликою въ притворе святыя София.

Въ лѣто 6672. Придоша Свье подъ Ладугу35, и пожьгоша ладожане36 хоромы своя, а сами затворишася въ градѣ37 съ посадникомь съ Нежатою38, а по князя послаша и по новгородце. Они же приступиша подъ городъ въ суботу и не успѣша ничтоже къ граду, нъ большю рану въсприяшя; и отступиша въ рѣку Воронаи. Пятыи же день приспѣ князь Святослав съ новгородьци и съ посадникомь Захариею, и наворопиша39 на ня, мѣсяця маия въ 28, на святого Еладия, въ четвьрток, въ час 5 дни; и побѣдиша я божиею помощью, овы исѣкоша, а иныя изимаша: пришли бо бяху въ полушестадьсятъ шнекъ, изьмаша 43 шнекъ; а мало ихъ убежаша и ти ѣзвьни.

Въ, лѣто 6673. Поставленъ бысть Илия архиепископъ новъгородьскыи от митрополита Иоанна, при князи Русьстѣмь Ростиславѣ, мѣсяця марта въ 28, на вьрьбницю, и приде Новугороду мѣсяця маия въ 11, при князи Новгородьстемь Святославе, а при посаднице Захарии. Томь же лѣтѣ поставиша церковь святыя Троиця40 шетициници, а другую на Городищи святого Николы князь Святослав. Въ то же лѣто ходи игуменъ Дионисии съ любовью въ Русь, и повелено бысть владыцѣ архиепископьство митрополитомь. Тои же зиме бяше сильнъ морозъ.

Въ лѣто 6674. Преставися митрополитъ Иоанн Кыевѣ. Томь же лѣтѣ заложена бысть церкы камяна святого Спаса на воротѣхъ въ манастыри святого Георгия. Въ то же лѣто, на зиму приде Ростиславъ ис Кыева на Лукы, и позва новгородьце на порядъ: огнищане, гридь, купьце вячьшее; и ту ся разболе самъ, и воротися опять, и преставися на пути; и везоша и Кыеву, и положиша и о святого Федора.

Въ лѣто 6675. Седе Мьстислав Изяславиць Кыевѣ на столѣ. На ту же весну заложи Съдко Сытиниць церковь камяну святую мученику Бориса и Глѣба, при князи Святославе Ростиславици, при41 архиепископѣ Илии. Въ то же лѣто приде Костянтинъ митрополитѣ42 въ Русь. Въ то же лѣто выиде князь Святославъ из Новагорода на Лукы, и присла въ Новѣгородѣ, яко «не хоцю у васъ княжити». Новгородьци же цѣловавъше святую Богородицю, яко «не хоцемъ его», идоша прогнатъ его съ Лукъ. Онъ же услышавъ, оже идуть на нь, иде Торопьцю, а новгородьци послаша въ Русь43 къ Мьстиславу по сынъ. Святославъ же иде на Вългу, и въда ему Анъдреи помоць, и пожьже Новый тѣргъ, а новотѣржьци отступиша къ Новугороду; и много пакости творяше домомъ ихъ, и села ихъ потрати. А брат его Романъ и Мьстиславъ пожьгоста Лукы; а луцяне устерегосшася44 и отступиша они45 въ городъ, а ини Пльскову. И съложишася на Новѣгородѣ Андреи съ Смолняны и съ полоцяны, и пути заяша, и сълы изьмаша новгородьскыя вьсьде, вести не дадуце Кыеву къ Мьстиславу; а Святослава силою местяце въ городъ, а то слово рекуще: «нѣту вамъ князя иного, развѣ Святослава». Новгородьци же того не бережаху и убиша Захарию посадника и Неревина и Несду бириця, яко творяхуть е переветъ дрьжаще къ Святославу. И налезоша собе путь на Вяцька и на Володяря; и иде Даньславъ Лазутиниць съ дружиною Кыеву къ Мьстиславу по сынъ; а Святославъ приде съ Суждалци и съ братома и съ Смолняны и съ полоцаны къ Русѣ; идоша новъгородьци съ Якуномь противу ихъ, они же, не дошедъше46, воротишася: не успѣша бо ничтоже. Тъгда же даша посадницьство Якунови; и сѣдеша новъгородци бес князя от Сменя дни до велика дни о Я кунѣ, жьдуче от Мьстислава сына. На ту же зиму ходи Мьстислав на Половьце, и победи е, и приведе полонъ въ Русьску землю толь сильно, яко и числа не бяше. Въ то же лѣто преставися раба божия Анна, игумения святыя Варвара; и поставиша на месте ея Марьмьяну.

Въ лѣто 6676. Приде князь Романъ Мьстиславиць, вънукъ Изяславль, Новугороду на столъ, мѣсяця априля въ 14, въ въторую неделю по велице дни, индикта пьрваго; и ради быша новгородьци своему хотению. Въ то же лѣто ходиша новгородьци съ пльсковици къ Полотьску и пожьгъше волость, воротишася от города за 30 вьрстъ. Тому же лѣту исходящие, на весну ходи Романъ съ новгородьци къ Торопьцю, и пожьгоша домы ихъ, и головъ множьство полониша. Въ то же врѣмя ходиша Ростиславици съ Андреевицьмь и съ Смолняны и съ полочяны и съ муромьци47 и съ рязаньци на Мьстислава Кыеву; онъ же не бияся с ними, отступи волею Кыева.

Въ лѣто 6677. Иде Даньслав Лазутиниць за Волокъ даньникомь съ дружиною; и присла Андреи пълкъ свои на нь, и бишася с ними, и бѣше новгородьць 400, а суждальць 7000; и пособи богъ новгородцемъ, и паде ихъ 300 и 1000, а новгородьць 15 муж; и отступиша новгородьци, и опять воротивъшеся, възяшя всю дань, а на суждальскыхъ смьрдѣхъ другую, и придоша сторови вси. Въ то же лѣто, на зиму, придоша подъ Новѣгородѣ суждальци съ Андреевицемь, Романъ и Мьстислав съ смольняны и съ торопьцяны, муромьци и рязаньци съ двема князьма, полоцьскыи князь съ полоцяны, и вся земля просто Русьская. Новгородьци же сташа твьрдо о князи Романѣ о Мьстиславлици, о Изяславли вънуце, и о посадницѣ о Якунѣ, и устроиша острогъ около города. И приступиша къ граду въ неделю на съборъ, и съездишася по 3 дни въ четвьртыи же день въ среду приступиша силою и бишася всь день и къ вечеру победи я князь Романъ съ новгородьци, силою крестьною и святою богородицею и молитвами благовѣрнаго владыкы Илие, мѣсяця феураря въ 25, на святого епископа Тарасия, овы исѣкоша, а другыя измаша, а прокъ ихъ злѣ отбѣгоша, и купляху суждальць по 2 ногатѣ.

Въ лѣто 6678. Бысть дорогъвь Новегородѣ: и купляху кадь ръжи по 4 гривнѣ, а хлѣбъ по 2 ногатѣ, а медъ по 10 кунъ пудъ. И съдумавъше новъгородьци показаша путь князю Роману, а сами послаша кь Ондрѣеви по миръ на всѣи воли своеи. Въ то же лѣто въниде князь Рюрикъ Ростиславиць въ Новѣгородѣ, мѣсяця октябра въ 4, на святого Иерофея. Въ то же лѣто архепископъ боголюбивыи Илия съ братомь Гавриломь създаста манастырь, церковь святыя Богородиця Благовещение. Томь же лѣтѣ прѣставися князь Мьстиславъ Изяславиць, Володимирь вънукъ. Въ то же лѣто прѣставися князь Кыевѣ Глѣб Гюргевиць; и въвѣдоша Володимира Мьстиславиця.

Въ лѣто 6679. Прѣставися князь Кыевѣ Володимирь, сѣдѣвъ на столѣ. 3 мѣсяцѣ. Томь же лѣтѣ отя князь Рюрикъ посадницьство у Жирослава Новегородѣ, и выгна и из города, иде48 Суждалю къ Ондрееви; и даша посадницьство Иванку Захарииницю. Въ то же лѣто сѣде на столѣ Кыевѣ Романъ Ростиславиць. Томь же лѣтѣ иде, на зиму, Рюрикъ49 из Новагорода, и послаша новъгородьци къ Ондрею по князь; и присла Жирослава посадницить съ мужи своими.

Въ лѣто 6680. Приде Новугороду князь Гюрги Андреевиць, Гюргевъ вънукъ. Въ то же лѣто заложиша церковь камяну святого Якова въ Неревьскемь коньци. Томь же лѣтѣ выиде Романъ ис Кыева Ростиславиць волею, и сѣде Михалко Гюргевиць Кыевѣ. Томь же лѣтѣ, на зиму, ходи арьхиепископъ новгородьскыи Илия къ Ондрееви, Володимирю, на вьсю правьду. Тъгда же и даша опять посадницьство Иванъкови Захарииницю.

Въ лѣто 6681. Иде князь Гюрги Андреевиць съ новгородьци и съ ростовици Кыеву на Ростиславице и прогнаша е ис Кыева, и стояше подъ Вышегородъмь 7 недель, и придоша сторови50 вси Новугороду; а Ярославъ сѣде Кыевѣ Изяславиць. Томь же лѣтѣ святи церковь Новегородѣ Илия архиепископъ Новгородьскых святую мученику Бориса и Глеба, камяную, въ градѣ, мѣсяця октября51 в 14, а другую святого Спаса на воротѣхъ святого Георгия, камяну.

Въ лѣто 6682. Убиша Володимири князя Андрея свои милостьници: на канонъ святою Петру и Павлу, в нощь, спящю ему въ Боголюбьмь, и бяше с нимь одинъ кощеи малъ; избивъше стороже двьрьныя, придоша къ сѣньмъ, князю же очютивъше, попадъ мечь и ста у двьрии, боряся с ними, оныхъ же бяше много, а князь одинъ; яко налегоша силою и выломиша двьри и вълѣзоша на нь, и ту и насунуша рогатинами и ту сконьця животъ свои. И великъ мятежь бысть въ земли тои и велика бѣда, и множьство паде головъ, яко и числа нѣту; и потом посадиша на столѣ Мьстислава Ростиславиця съ братомь Яропълкомь. Томь же лѣтѣ сѣдѣ Кыеве Романъ Ростиславиць, вънукъ Мьстиславль.

Въ лѣто 6683. Выведоша из Новагорода князя Гюргя Андреевиця; а Мьстиславъ сынъ свои посади Новегородѣ. Томь же лѣтѣ въниде самъ въ Новѣгородѣ, бивъся съ стръемь своимь Михалкомь, и сѣде Новегородѣ; а Михалко седе Володимири, а брата посади Переяславли Всеволода. Въ то же лѣто загореся пожаръ от52 Деигуниць, и съгорѣша церкви 3: святого Михаила и святого Якова и святого Възнесения.

Въ то же лѣто преставися посадникъ Новегородѣ Иванко Захарииниць, и даша Жирославу опять; и концяющюся лѣту тому, выгнаша Жирослава ис посадницьства и даша Завиду Неревеницю.

Въ лѣто 6684. Иде Вълхово опять на възводье по 5 днии. Тои же весне оженися князь Мьстиславъ Новегородѣ53 и поя у Якуна дъчерь у Мирославиця. И потомь позваша и ростовьци къ собе, и иде Ростову съ дружиною своею, а сынъ остави въ Новегородѣ; и приде Ростову. И въ то врѣмя умьрлъ бяше Михалко; и поиде съ ростовьци и съ суждальци къ Володимирю, и постави Всѣволодъ съ володимирьци и съ переяславьци противу его пълкъ, и бишася, и паде обоихъ множьство много, и одолѣ Всѣволодъ. И възвратися Мьстиславъ въ Новѣгородѣ, и не прияша его новгородьци, нъ путь ему показаша и съ сыномь съ Святославомь; и пояша новгородьци у Всѣволода сынъ собе Ярослав. На ту же зиму иде Мьстяслав съ зятьмь съ Глѣбомь и съ братомь Яропълкомь на Суждаль, и бишася за Калакшею, и ту побѣдиша рязанце, и яша князя Глѣба и съ сыномь и Мьстислава съ братомь Яропълкомь, порубиша я. Тои же зиме приходиша вся Чюдьска земля къ Пльскову, и бишася с ними, и убиша ти Вячеслава и Микиту Захарииниця и Станимира Иваниця и инѣхъ, а Чюди множьство избиша. Томь же лѣтѣ постави церковь нову Михаль Степаниць святого Михаила, а другую Моисѣи Доманѣжиць святого Иоанна Усѣкновение главы на Чюдиньцевѣ улици.

Въ лѣто 6685. Преставися Глѣбъ, князь Рязаньскыи, Володимири въ порубѣ. Въ то же врѣмя слепленъ бысть Мьстиславъ князь съ братомь Яропълкомь от стръя54 своего Всѣволода, и пусти я въ Русь; ведома же има слепома и55 гнъющема очима, и яко доидоста Смольньска56 и придоста на Смядино въ церковь святую мученику Бориса и Глѣба, и ту абие съпостиже я божия благодать и святыя Владычиця нашея богородиця и святую новоявленою мученику Бориса и Глѣба, и ту прозрѣста. Томь же лѣтѣ, осень, погоре Неревьскыи коньць от Иванъковее, и церквии съгорѣ 5. И на зиму приде князь Мьстиславъ съ братомь Ярополкомъ в Новъгород, и посадиша новгородьци Мьстислава на столѣ, а Яропълка на Новемь търгу, а Ярослава на Ламьскемь волоце, и тако ся управиша по воли.

В лѣта 6686. Индикта 10, мѣсяця априля въ 20, преставися князь Мстиславъ, сынъ Ростаславль, а вънукъ Гюргевъ, и положиша и въ святѣи Софии въ притворе; а брата его Яропълка посадиша Новегородѣ на столѣ...

...Въ лѣто 6708. Ловоть възяша Литва и до Налюця, съ Бѣлее57 до Свинорта и до Ворча середу; и гнашася новгородьци по нихъ и до Цьрнянъ, и бишася с ними, и убиша Литвы мужь 80, а новгородьць 15: Рагуилу Прокопииница съ братомь Ольксою, Гюргя Събышкиниця, Ратьмира Нѣжатиниця, Страшка серебрьника вѣсця, Вънезда Ягиниця, Луку Мирошкинъ отрок, Микиту Лазоревиця, Жирошку Огасовиця, Осипа подвоискаго, Романа Пъкта, инѣхъ 4 муж, а полонъ вьсь отяша, а избътъкъ убѣжаша58. Въ то же лѣто иде Нездила Пьхциниць на Лукы воеводою; иде съ Лукъ съ маломь дружины въ Лотыголу на тороне, и засташа я въ одринахъ, и убиша ихъ 40 муж, а жены ихъ и дѣти поимаша, а сами придоша на Лукы сторови вьси; а кто бѣ нѣ пошьлъ по нихъ Столбовиця59 съ нѣколькомь дружины, а у тѣхъ кун поимаша, бивъше.

Въ лѣто 6709. Новъгородьци богомь избранаго Митрофана въведоша въ епископью по Мартурии, и иде въ Русь ставиться къ митрополиту съ новгородьскыми мужи И СЪ всѣволожими, и поставленъ бысть мѣсяця июля въ 3 день, на святого Уакинфа; и приде въ Новѣгородѣ сентября въ 14, на Въздвижение честьнаго хреста; и ради быша новгородьци своему владыцѣ. Въ то же лѣто мѣсяця априля въ 15 съгорѣ церкы от грома святого Николы на Городищи; и ста всѣ лѣто дъжгево. А Варягы пустиша без мира за море. Того же лѣта сърубиша въ Русѣ городъ. А на осѣнь придоша Варязи горою на миръ, и даша имъ миръ на всѣи воли своеи.

Въ лѣто 6710. Съвѣршиша церковь камяну святого пророка Илие на Хълмѣ, коньць Славьна, и святи ю владыка Митрофанъ на праздник.

Въ лѣто 6711. Рюрикъ съ Ольговици и съ погаными Половци, Концякъ и Данила Бяковиць, възяша град Кыевъ на щитъ въ 1 день генваря, на святого Василия; а кого доидеть рука, цьрньця ли, церницѣ ли, попа ли, попадье ли, а ты вѣдоша въ поганыя; а что гости, иноземьця вьсякого языка, затворишася въ церквахъ, и въдаша имъ животъ, а товаръ съ ними роздѣлиша на полы; а что по манастыремъ и по всѣмъ церквама, вся узорочья и иконы одраща и везоша погании въ землю свою; а град пожгоша. Въ то же лѣто побѣдита Олговиця Литву: избиша ихъ 7 сотъ и 1000. Томь же лѣтѣ прѣставися Мирошьшка, посадникъ новъгородьскыи, постригься у святого Георгия; и по том даша посадницьство Михалку Степаницю. Томь же лѣтѣ, по грѣхомъ нашимъ, измроша кони Новгородѣ и по селомъ, яко нѣлзѣ бяше поити смрады никуда же.

Въ лѣто 671260. Царствующю Ольксе въ Цесариградѣ, въ царствѣ Исаковѣ, брата своего, егоже слѣпивъ, а самъ цесаремь ста, а сына его Олексу затвори въ стѣнахъ высокыхъ стражею, яко не вынидеть. И временомъ минувъшемъ, и дьръзну Исакъ молитися о сыну своемь, дабы его испустилъ ис твьрди прѣдъ ся; и умоли брата Исакъ, и прияста извѣщение съ сыномь, яко не помыслити на царство, и спущенъ бысть ис твьрди и хожашеть въ своеи воли. Цесарь же Олькса не печяшеся о немь, вѣря брату Исакови и сынови его, зане прияста извѣщение; и потом Исакъ помысливъ, и въсхотѣ царства, и учяшеть сына, посылая потаи, яко «добро створихъ брату моему Олѣксѣ, от поганыхъ выкупихъ его, а онъ противу зло ми възда, слѣпивъ мя, царство мое възя». И въсхотѣ сынъ его, якоже учашеть его, и мышляшьта, како ему изити из града въ дальняя страны и оттолѣ искати царства. И въвѣденъ бысть въ корабль, и въсаженъ бысть въ бочку, имущи 3 дна при единѣмь конци, за нимь же Исаковиць сѣдяше, а въ другомь конци вода, ид еже гвоздъ: нѣлзѣ бо бяше инако изити из града; и тако изиде из Грѣчьскѣи земли. И увѣдавъ цесарь, посла искатъ его; и начаша искати его въ мнозѣхъ мѣстѣхъ, и внидоша въ тъ корабль, идеже бяшеть, и вся мѣста обискаша, а из бъчькъ гвозды вынимаша, и видеше воду текущю, идоша прочь, и не обрѣтоша его. И тако изиде Исаковичь, и приде къ нѣмьчьскуму цесарю Филипови, къ зяти и къ сѣстрѣ своеи. Цесарь нѣмечьскыи посла къ папѣ въ Римъ, и тако увѣчаста, яко нѣ воевати на Цесарьградъ, нъ якоже рече Исаковиць: «всь град Костянтинь хотять моего царства61». Такоже посадяче его на прѣстолѣ, поидете же къ Иерусалиму въ помочь; не въсхотять ли его, а ведете и опять къ мнѣ, а пакости не деите Грѣчьскои земли. Фрязи же и вси воеводы ихъ възлюбиша злато и срѣбро, иже мѣняшеть имъ Исаковиць, а цесарева веления забыша и папина: пьрвое пришьдъше въ Судъ, замкы желѣзныя разбиша, и приступивъше къ граду, огнь въвергоша 4рь мѣстъ въ храмы. Тъгда цесарь Олькса, узьревъ пламень, не створи брани противу имъ. Призвавъ брата Исака, егоже слѣпи, посади его на прѣстолѣ, и рече: «даже еси, брат, тако створилъ, прости мене, а се твое царство»; избѣжа из града. И пожьженъ бысть град и церкви несказьны лепотою, имъ же не можемъ числа съповѣдати; и святое Софие притворъ погорѣ, ид еже патриарси вси написани, и подрумье и до моря; а семо по Цесаревъ затворъ и до Суда погорѣ. И тѣгда погна Исаковиць по цесари Олексѣ съ Фрягы, и не постиже его и възвратися въ град, и съгна отця съ престола, а самъ цесаремъ ста: «ты еси слепъ, како можеши царство дьржати, азъ есмь цесарь». Тъгда Исакъ цесарь, много съжаливъси о градѣ и о царствѣ своемь и о граблении манастырьскыхъ, еже даяста Фрягомъ злата и срѣбро, посуленое имъ, разболѣвъся, и бысть мнихъ, и отѣиде свѣта сего. По Исаковѣ же смерти людие на сына его въсташа про зажьжение градьное и за пограбление манастырьское; и събрачеся чернь, и волочаху добрые мужи62, думающе с ними, кого цесаря поставятъ. И вси хотяху Радиноса; онъ же не хотяше царства, нъ кръяшеся от нихъ, измѣнивъся въ чьрны ризы; жену же его, имъше, приведоша въ святую Софию и много нудиша ю: «повѣжь намъ: кде есть муж твои»; и не сказа о мужи своемь. Потомь же яша человѣка, именьмь Николу воина, и на того възложиша вѣньць бес патриарха, и ту быша63 с нимь64 въ святѣи Софии 6 днии и 6 ночии. Цесарь же Исаковиць бяшеть въ Влахернѣ, и хотяше въвести Фрягы отаи бояръ въ град; бояре же, увѣдавъше, утолиша цесаря, не даша ему напустити Фрягъ, рекуче: «мы с тобою есмь». Тъгда65 бояре, убоявъшеся въвѣдения Фрягъ, съдумавъше съ Мюрчюфломь, яша цесаря Исаковиця, а на Мюрчюфла вѣньчь възложиша; а Мюрчюфла бяше высадилъ ис тьмьнице Исаковиць, и приялъ извещение, яко не искати подъ Исаковицемь царства, нъ блюсти подъ нимь. Мюрчюфлъ же посла къ Николѣ и къ людьмъ въ святую Софию: «язъ ялъ ворога вашего Исаковиця, язъ вашь цесарь; а Николѣ даю пьрвыи въ боярехъ, сложи съ себе вѣньць». И вси людие не даша ему сложити вѣньця, нъ боле закляшася: кто отступить от Николы, да будеть проклятъ. Того же дне, дождавъше ночи, разбѣгошася вси, а Николу яша, и жену его я Мюрчюфлъ, и въсади я въ тьмницю, и Ольксу Исаковиця утвьрди въ стѣнехъ, а самъ цесаремь ста Мюрчюфлъ феуларя въ 5 день, надѣяся избита Фрягы. Фрязи же уведавъше ята Исаковиця, воеваша волость около города, просяче у Мюрчюфла: «даи намъ Исаковиця, ото66 поидемъ къ Нѣмечьскуму цесарю, отнележе есме послани: а тобе царство его». Мурчюфлъ же и вси бояре не даша его жива, и уморивъше Исаковиця, и рекоша Фрягомъ: «умьрлъ есть; придете и видите и». Тъгда же Фрязи печяльни бывъше за прослушание свое: не тако бо бѣ казалъ имъ цесарь нѣмѣчьскыи и папа римьскыи, якоже си зло учиниша Цесарюграду; сами к собе вси: «оже намъ нѣту Исаковиця, с нимь же есме пришли, да луче ны есть умрети у Цесаряграда, нежели съ срамомь отъити»; оттоль начаша строити брань къ граду. И замыслиша, якоже и прѣже, на кораблихъ раями на шьглахъ, на иныхъ же кораблихъ исъциниша порокы и лѣствиця, а на инѣхъ замыслиша съвѣшивати бъчькы чересъ град, накладены смолины, и лучины зажьгъше, пустиша на хоромы, якоже и прѣже пожьгоша градъ. И приступиша къ граду априля въ 9 день, въ пятъкъ 5 недѣли поста, и не успѣша ничьтоже граду; нъ Фрягъ избиша близъ 100 муж. И стояша ту Фрязи 3 дни; и въ понедѣльник верьбнои недѣли приступиша къ граду, солнчю въсходящю, противу святому Спасу, зовемыи Вергетисъ, противу Испигасу, сташа же и до Лахерны67. Приступиша же на 40 корабль въ великыхъ; бяху же изременани межи ими, въ нихъ68 же людье на конихъ, одени въ бръне и коне ихъ; инии же корабле ихъ и галѣе ихъ стояху назаде, боящеся зажьжения, якоже и прѣже бяхуть Грьци пустили на не 10 кораблевъ съ огньмь; и въ пряхъ извеременивъше погодье вѣтра, на Василиевъ день полуноци, и не успеша ничтоже фрязьскымъ кораблемъ: вѣсть бо имъ бяше далъ Исаковиць, а Грькомъ повеле пустити69 на корабле на не; тѣмь же и не погорѣша Фрязи. И тако бысть възятие Цесаряграда велико70: и привлеце корабль къ стенѣ градьнѣи вѣтръ, и быша скалы ихъ великыя чрѣсъ град, а нижьнее скалы равно забороломъ; и бьяхуть съ высокыхъ скалъ на градѣ Грькы и Варягы камениемь и стрелами и сулицами, а съ нижьнихъ на град сълѣзоша; и тако възяша град. Цесарь же Мюрчюфолъ крѣпляше бояры и все люди, хотя ту брань створити съ Фрягы, и не послушаша его: побьгоша от него вси. Цесарь же побеже от нихъ, и угони71 е на Коньнемь търгу, и многа жалова на бояры и на все люди. Тъгда же цесарь избеже изъ града, и патриархъ и вси бояре; и внидоша въ град Фрязи вси, априля въ 12 день, на святого Василия исповедника, въ понедельник, и сташа на мѣсте, идеже стояше цесарь Грѣчьскыи, у святого Спаса, и ту сташа и на ночь. Заутра же, солнчю въсходящю, вънидоша въ святую Софию, и одьраша двьри и расѣкоша, а онболъ окованъ бяше всь сребромь, и столпы сребрьные 12, а 4 кивотьныя, и тябло72 исѣкоша, и 12 креста, иже надъ олтаремь бяху, межи ими шишкы, яко дрѣва вышьша муж, и прѣграды олтарьныя межи стълпы, а то все сребрьно; и тряпезу чюдьную одьраша драгыи камень и велии жьньчюгъ, а саму невѣдомо камо ю дѣша; и 40 кубъковъ великыхъ, иже бяху прѣдъ олтаремь, и понекадѣла и свѣтилна сребрьная, яко не можемъ числа повѣдати, съ праздьничьными съсуды бесцѣньными поимаша; служебьное еуангелие и хресты честьныя, иконы бесцѣныя все одраша; и подъ тряпезою кръвъ наидоша 40 кадие чистаго злата; а на полатѣхъ и въ стѣнахъ и въ съсудохранильници невѣде колико злата и сребра, яко нету числа, и бесцѣньныхъ съсудъ. То же всѣ въ единои Софии сказахъ; а святую Богородицю, иже въ Влахѣрнѣ, идеже святыи духъ съхожаше на вся пятницѣ, и ту одраша; инѣхъ же церквии не можеть человѣкъ сказати, яко бещисла. Дигитрию же чюдьную, иже по граду хожаше, святую богородицю, съблюде ю богъ добрыми людьми, и ныне есть, на нюже надѣемъся; иные церкви въ градѣ и вънѣ града, и манастыри въ градѣ и вънѣ ада, пограбиша все, имъ же не можемъ числа, ни красоты ихъ сказати. Черньче же и чернице и попы облупиша, и нѣколико ихъ избиша; Грькы же и Варягы изгнаша изъ града, иже бяхуть остали. Се же имена воеводамъ ихъ: 1 Маркосъ от Рима, въ градъ Бьрне, идеже бе жилъ поганый злыи Дедрикъ; а 2-й Кондофъ73 Офланъдръ; а 3 Дужь слепыи от Маркова острова Венедикъ74. Сего Дужа слѣпилъ Мануилъ цесарь; мнози бо философи моляхуться чесареви: аще сего Дужа отпустиши съдрава, тъ много зла створить твоему царству; царь же не хотя его убити, повелѣ очи ему слѣпити стькломь, и быста очи ему яко невреженѣ, нъ не видяше ничего же. Сь же Дужь много брании замышляше на град, и вси его послушаху, и корабли его велиции бяхуть, с нихъ же градъ възяша. Стоянья же Фряжьска у Цесаряграда от декабря до априля, доколь городъ възяшь. А мъсяця маия въ 9 поставища цесаря своего Латина Кондо Фларенда своими пискупы, и власть собе раздѣлиша: цесареви град, а Маркосу судъ75, а Дужеви десятина. И тако погыбе царство богохранимаго Костянтиняграда и земля Грьчьская въ свадѣ цесаревъ, еюже обладають Фрязи.

Въ лѣто 6713. Мѣсяць освѣте въ 8 ноции. Того же лѣта присла великыи князь Всеволодъ въ Новѣгородѣ, рекя тако: «въ земли вашеи рать ходить, а князь вашь, сынъ мои Святославъ, малъ; а даю вы сынъ свои стареишин Костянтинъ». Тъгда же отяшя посадницьство у Михалка и даша Дмитру Мирошкиницю. Въ то же лѣто приде князь Костянтинъ Всеволодичь, внукъ Гюргевъ, въ Новѣгородѣ, мъсяця марта въ 20, на святого Герасима; и радъ бысть всь град своему хотѣнию. Въ то же лѣто прѣставися княгыни Всеволожая.

Въ лѣто 6714. Прѣставися рабъ божий Митрофанъ, а мирьскы Михалько, постригься у святой Богородици въ Аркажи манастыри маия въ 18, посадникъ Новгородьскых Въ то же лѣто постави Твьрдислав церковь на воротѣхъ въ Оркажи манастыри Михалковиць, святого Сьмена Стълъпника, иже на Дивнѣи горѣ.

Въ лѣто 6715. Поставиша церковь святого Лукы на Лубян-ѣи улици, перенесъше съ Колѣня, Володаревицѣ и Носовици. Того же лѣта съвьршиша церковь святыя Пятниця заморьскии, августа въ 30. Того же лѣта съвьрши церковь святого Пянтѣлѣимона Федоръ Пинещиниць. Въ то же лѣто прѣставися рабъ божий Парфурии, а мирьскы Прокша Малышевиць, постригься у святого Спаса на Хутинѣ, при игумене Варламе; а покои господи душю его.

Въ лѣто 6716. Приде Лазорь, Всеволожь муж, из Володимиря, и Борисе Мирошкиниць повелѣ убити Ольксу Събыславиця на Ярославли дворѣ, и убиша и без вины, въ суботу марта въ 17, на святого Альксия; а заутра плака святая Богородицѣ у святого Якова въ Неревьскемь конци.

Въ лѣто 6717. Идоша новгородьци на Чьрниговъ съ князьмь Костянтиномь, позвани Всеволодомь; и придоша на рѣку на Оку, и ту ся скопиша вси вои, а князи рязаньстии и сташа об ону страну Окѣ, въ помочь Всеволоду. И позва е Всѣволодъ на обѣдъ, и сѣдоша 6 князь въ шатрѣ, а Глѣбъ и Ольгъ у Всеволода въ шатрѣ, и новгородьци. И ту обадиста Володимириця братью свою: «и не ими, княже, вѣры братьи наю, суть на тя съвѣтали съ чьрниговьскыми князи», и тѣмь е облици рязаньстии князи. И Всеволодъ изма е и муж ихъ, и сковавъ, посла е въ Володимирь, а самъ поиде съ новгородци и съ клеветникома на Рязаньскую волость; и приде къ Проньску, и рече: «передаите ми ся». Они же сташа съ князьмь Изяславомь съ третиемь Володимиричемь; кюръ Михаилъ76 побеже переди ис Проньска. И отъя у нихъ воду, и они передашася; и я княгыню кюръ Михаиловую, товары поима бещисла, а съ Изяславомь миръ възя, и отъидоша сторови. А новгородьци пусти ис77 Коломна Новугороду, одаривъ бещисла, и вда имъ волю всю и уставы старыхъ князь, егоже хотѣху новгородьци, и рече имъ: «кто вы добръ, того любите, а злыхъ казните»; а собою78 поя сына своего Костянтина и посадника Дъмитра, стрелена подъ Проньскомь, а вятьшихъ 7. Новгородьци же, пришьдъше Новугороду, створиша вѣче на посадника Дмитра и на братью его, яко ти повѣлѣша на новгородьцихъ сребро имати, а по волости куры брати, по купцемъ виру дикую, и повозы возити, и все зло; идоша на дворы ихъ грабежьмь, а Мирошкинъ дворъ и Дмитровъ зажьгоша, а житие ихъ поимаша, а села ихъ распродаша и челядь, а скровища ихъ изискаша и поимаша бещисла, а избытъкъ роздѣлиша по зубу, по 3 гривнѣ по всему городу, и на щитъ; аще кто потаи похватилъ, а того единъ богъ вѣдаеть, и от того мнози разбогатѣша; а что на дъщькахъ, а то князю оставиша. Того же лѣта привезоша Дмитра Мирошкиниця мьрътвого из Володимиря и погрѣбоша и у святого Георгия въ манастыри, подъле отчя; а новгородьци хотяху съ моста съврѣщи, нъ възбрани имъ архепископъ Митрофанъ. Присла Всеволодъ сына своего Святослава въ Новѣгородѣ, въ неделю мясопустную. Тъгда даша посадьницьство Твьрдиславу Михалковицю, и даша дъщкы Дмитровы Святославу, а бяше на нихъ бещисла; и цѣловаша новгородци честьныи хрестъ, око79 «не хочемъ у себе дьржати дѣтии Дмитровыхъ, ни Володислава, ни Бориса, ни Твьрдислава Станиловиця и Овъстрата Домажировиця»; и поточи я князь къ отцю, а на инѣхъ серебро поимаша бещисла.

Въ лѣто 6718. Новгородьци угонивъше Литву въ Ходыницихъ, избиша съ князьмь Володимиромь и с посадникомь Твьрдиславомь. Того же лѣта ходи Всеволодъ на Рязань, и рече имъ: «поиде80 къ мнѣ съ сыномь моимь Ярославомь за Оку на ряды»; и переидоша к нему, и ту я изма, и посла пълкы, изма жены и дѣти, а градъ ихъ зажьже; и тако я расточи я по градомъ. На ту же зиму приде князь Мьстислав Мьстиславиць на Тържькъ и изма дворянѣ Святославли, и посадника оковаша, а товары ихъ кого рука доидеть; а в Новѣгородѣ присла: «кланяяся святѣи Софии и гробу отця моего и всѣмъ новгородьцемъ; пришьлъ есмь къ вамъ, слышавъ насилье от князь, и жаль ми своея отцины». То слышавъше, новгородьци послаша по нь съ великою честью: «поиди, княже, на столъ»; а Святослава посадиша въ владыцьни дворѣ и съ мужи его, донеле будеть управа съ отцемь. Приде Мьстиславъ въ Новѣгородѣ, и посадиша и на столѣ отци, и ради быша новъгородьци. И поиде Мьстиславъ съ всемь пълкомь на Всеволода; и быша на Плоскѣи, и присла къ нему Всеволодъ: «ты ми еси сынъ, а язъ тъбе отець; пусти Святослава съ мужи, и всѣ, еже заседелъ, исправи; язъ гость81 пускаю и товаръ», И пусти Мьстиславъ Святослава и мужи82 его, а Всеволодъ пусти гость съ товары; хрестъ человаста и миръ възяста; и приде Мьстислав въ Новѣгородѣ.

Въ лѣто 6719. Приде Дмитръ Якуниць из Руси, и съступися Твьрдиславь посадничьства по своеи воли старѣишю себе: тъгда же даша посадничьство Дъмитру Якуничю. И посла князь Мьстиславъ Дмитра Якуниця на Лукы съ новгородьци города ставить, а самъ иде на Тържькъ блюстъ волости, исъ Търожку иде въ Торопьчь, ис Торопця иде на Лукы, и съняся съ новгородьци; а лучяномъ да князя Володимира Пльсковьскаго. Того же лѣта, волею божиею, съвьрши церковь камяну Вячеславъ Прокшиниць, вънукъ Малышевъ, Святых 40; а даи богъ ему въ спасение молитвами святыхъ 40. Том же лѣтѣ бесъ князя и без новъгородьць Новѣгородѣ бысть пожарь великъ: загорѣся на Радятинѣ улици и съгорѣ дворовъ 4000 и 300, а церквии 15. Того же лѣта, на зиму, мѣсяця генваря въ 22, на святого Климента, и злодѣи испьрва нехотя добра, зависть въложи людьмъ на архиепископа Митрофана съ князьмь Мьстиславомь, и не даша ему правитися, и ведоша и въ Торопьць; онъ же то прия съ радостию, яко Иоанн Златоустьць и Григории Акраганьскыи, тую же и сь прия печяль, славя бога. Тъгда же бяше пришьлъ, прѣже изгнания Митрофаня архиепископа, Добрына Ядрѣиковиць изъ Цесаряграда и привезѣ съ собою гробь господень, а самъ пострижеся на Хутинѣ у святого Спаса; и волею божиею възлюби и князь Мьстислав и вси новгородьци, и послаша и въ Русь ставиться; и приде поставленъ архиепископъ Антонии и створи полату Митрофаню церковь въ имя святого Антония.

Въ лѣто 6720. Ходи Мьстислав на Чюдь, рекомую Търму, съ новгородьци, и много полониша, скота бещисла приведоша. Потом же на зиму иде князь Мьстиславъ съ новгородьци на83 чюдьскыи городъ, рекомыи Медвѣжю голову, села ихъ потрати; и придоша подъ городъ и поклонишася Чюдь князю, и дань на нихъ възя, и придоша вси сдрави.

Въ лѣто 6721. Въ Петрово говение изъехаша Литва безбожная Пльсковъ и пожгоша: пльсковици бо бяху въ то время изгнали князя Володимира от себе, а пльсковици бяху на озѣрѣ; и много створиша зла и отъидоша.

Въ лѣто 6722. Мѣсяця февраря въ 1 день, въ недѣлю сыропустную, громъ бысть по заутрении, и вси слышаша; и потом тъгда84 же змьи видѣша лѣтящь. Том же дне85 иде князь Мьстислав съ новгородьци на Чюдь на Ереву, сквозе землю Чюдскую къ морю; села ихъ потрати и осѣкы ихъ възьма86; и ста съ новгородци подъ городомъ Воробииномь, и Чюдь поклонишася ему; и Мьстиславъ же князь възя на нихъ дань, и да новгородьцемъ двѣ чясти дани, а третьюю чясть дворяномъ; бяше же ту и Пльсковьскыи князь Всеволодъ Борисовиць съ пльсковици, и Торопьцьскыи князь Давыдъ, Володимирь брат; и придоша сдрави вси съ множьствомь полона. Въ то же лѣто изгони Всеволодъ Чьрмьныи сынъ Святославль, правнукъ Олговъ, внукы Ростиславле из Руси, тако река: «брата моя есте 2 князя повесили вы въ Галици, яко злодѣя и положили есте укоръ на всѣхъ; и нѣту вамъ чясти въ Русскои земли». Того же лѣта прислаша внуци Ростиславли въ Новѣгородѣ къ Мьстиславу Мьстиславицю: «се не творить намъ Всеволодъ Святославиць части въ Русьскои земли; а поиди, поищемъ своеи отцины». Мьстислав же съзва вѣче на Ярослали дворѣ и почя звати новгородьче Кыеву на Всеволода Чьрмьнаго. Рекоша ему новгородьци: «камо, княже, очима позриши ты, тамо мы главами своими вьржемъ». И поиде князь Мьстислав съ новгородци къ Кыеву мѣсяця июня, на святого Феодора; и доидоша Смольньска, и бысть распря новгородьцемъ съ Смолняны, и убиша новгородци смолнянина, а по князи не поидоша. Князь же Мьстиславъ въ вѣче поча звати, они же не поѣидоша; князь же чѣловавъ всѣхъ, поклонивъся, поиде; новгородьци же, створивъше вѣче о собе, почаша гадати. И рече Твьрдиславъ посадникъ: «яко, братие страдали дѣди наши и отчи за Русьскую землю, тако, братье, и мы поидимъ по своемь князи»; и тако поидоша и-Смольньска, и постигыне князя, и начаша воевати по Днѣпрю городѣ черниговьскѣе и възяша Рѣчицѣ на щитъ и иные городѣ мнозѣ чьрниговьскыя. И придоша подъ Вышегородъ и начата ся бита, и одолѣ Мьстиславъ съ братьею и съ новгородьци, и яша 2 князя: Ростислава Ярославиця и Ярополка, брата его, вънука Олгова, а вышегородци поклонишася, отвориша врата, а Всеволодъ ис Кыева выбежа за Дънепрь; и въиде Мьстислав съ братьею и съ новгородьци въ Кыевъ, и поклонишася кыяне, и посадиша Кыевѣ Мьстислава Романовиця, вънукъ Ростиславль. Идоша ис Кыева къ Чьрнигову, и стоявъше 12 дни, възяша миръ, и въземъше дары, придоша Новугороду вси сдрави.

Въ лѣто 6723. Поиде князь Мьстиславъ по своеи воли Кыеву, и створи вѣцѣ на Ярославли дворѣ, и рече новгородьцемъ: «суть ми орудия въ Руси, а вы вольни въ князѣхъ». Того же лѣта новъгородьци, много гадавъше, послаша по Ярослава по Всеволодиця, по Гюргевъ вънукъ, Гюргя Иванъковиця87 посадника и Якуна тысяцьскаго и купьць старѣишихъ 10 муж; и въиде князь Ярославъ въ Новѣгородѣ, и усрѣте и архиепископъ Антонъ съ новгородьци. Того же лѣта князь Ярослав я Якуна Зуболомиця, а по Фому посла по Доброщиниця, по новоторожьскыи посадникъ, и оковавъ потоци и на Тьхвѣрь; и по грѣхомъ нашимъ обади Федоръ Лазутиниць и Иворъ Новотържьчь Якуна тысяцьскаго Намнѣжиця. Князь же Ярославъ створи вѣчѣ на Ярослали дворѣ; идоша на дворъ Якунь, и розграбиша, и жену его яша; а Якунъ заутра иде съ посадникомь къ князю, и князь повѣле яти сына его Христофора, маия въ 21. Тъгда же на сборъ убиша пруси Овъстрата и сынъ его Луготу, и въвьргоша и въ грѣблю мьртвъ; князь же о томь пожали на новгородцѣ. Того же лѣта поиде князь Ярославъ на Тържъкъ, поимя съ собою Твьрдислава Михалковиця, Микифора, Полюда, Сбыслава, Смена, Ольксу, и много бояръ, и одаривъ, присла въ Новѣгородѣ; а самъ седе на Търожьку. Тои же осени много зла ся створи: поби мразъ обилье по88 волости, а на Търожку89 все чело бысть. И зая князь вьршь на Търожку, не пусти въ городъ ни воза; и послаша по князя Смена Борисовиця, Вячеслава Климятиця, Зубьця Якуна, и тѣхъ прия, и кого послашь и князь прия. А Новѣгородѣ зло бысть вельми: кадь ржи купляхуть по 10 гривенъ, а овса по 3 гривнѣ, а рѣпѣ возъ по 2 гривьнѣ; ядяху люди сосновую кору и листъ липовъ и мохъ. О, горѣ тѣгда, братье, бяше: дѣти свое даяхуть одьрень; и поставиша скудельницю, и наметаша полну. О, горѣ бяше: по търгу трупие, по улицямъ трупие, по полю трупие, не можаху пси изѣдати человѣкъ; а Вожане помроша, а останъке разидеся; и тако, по грѣхомъ нашимъ, разидеся власть наша и градъ нашь. Новгородьци же, останъке живыхъ, послаша Гюргя Иванковиця посадника и Степана Твьрдиславиця, ины мужа по князя, и тѣхъ прия; а въ Новѣгородѣ приславъ Ивора и Чапоноса, выведе княгыню свою к собе, дъчерь Мьстислалю; и потомь послаша Мануилу Ягольчевичя съ последнею речью: «поиди въ свою отцину къ святои Софии; не идеши ли, а повежь ны». Ярославъ же и тѣхъ не пусти, а гость новъгородьскыи всь прия; и бысть Новѣгородѣ печяль и въпль. Тъгда же учювъ Мьстислав Мьстиславлиць зло то, въеха въ Новѣгородѣ мѣсяця февраря въ 11 день, и я Хота Григоревиця, намѣстьника Ярослаля, и всѣ дворяны искова; и выеха на Ярослаль дворъ, и цѣлова честьныи крестъ, а новгородьци к нему, яко с нимь въ животъ и въ смерть: «любо изищю мужи новгородьстии и волости, пакы ли а головою повалю за Новѣгородѣ». Ярославу же бысть весть на Тържькъ, и изгошиша твьрдь, а пути от Новагорода все засекоша и рѣку Тьхвѣрцю; а въ Новѣгородѣ въсла 100 муж новгородьць Мьстислава проваживать из Новагорода; и не яшася по то, нъ вси быша единодушно, и то 100 муж. И посла князь Мьстиславь съ новгородьци къ Ярославу на Тържькъ попа Гюргя святого Иоанна на Търговищи, и свои мужь пусти: «сыну кланяю ти ся; муж мои и гость пусти, а самъ съ Торожьку поиди, а съ мною любъвь възми». Князь же Ярослав того не улюбивъ, пусти попъ без мира; а новгородце съзва на поле за Тържькъ, въ мясопустную суботу, вьси мужи и гостьбници, измавъ я вся, посла исковавъ по своимъ городомъ, а товары ихъ раздая и коне; а бяше всѣхъ новгородьць боле 2000. И приде весть въ Новѣгородѣ; бяше же новгородьцевъ мало: ано тамо измано вячьшие мужи, а мьньшее они розидошася, а иное помьрло голодомъ. Князь же Мьстиславъ створи вѣцѣ на Ярослали дворъ: «и поидемъ, рече, поищемъ муж своихъ, вашеи братьи, и волости своеи; да не будеть Новыи търгъ Новгородомъ, ни Новгородъ Тържькомъ; нъ къде святая София, ту Новгородъ; а и въ мнозѣ богъ, и въ малъ богъ и правда90».

Въ лѣто 6724. Мѣсяця марта в 1 день, въ въторник по чистѣи недѣли, поиде князь Мьстиславъ на зять свои91 Ярослава с новгородци, въ четвьрток92 побѣгоша къ Ярославу прѣступници кресту: человали бо бяху хрестъ честьныи къ Мьстиславу съ всѣми новгородци, яко всѣмъ одинакымъ быти, Володиславъ Завидиць, Гаврила Игоревиць, Гюрги Ольксиниць, Гаврильць Милятинць, и съ женами и съ дѣтьми. Мьстиславъ же поиде Серегеремъ, и въниде въ свою волость, и рече новгородьцемъ: «идете въ зажития, толико головъ не емлете». Идоша, исполнишася кърма, и сами и кони, и быша вьрху Вълзѣ; осѣле Святослав Рьжевку, городьць Мьстиславль, съ пълкы въ 10 тысящь. Мьстиславъ же съ Володимиромь съ Пльсковьскымь поиде бързѣхъ въ 5 сътъ: толико бо всехъ вои бяшеть; и пригони, оли побегли прочь; а Ярунъ бяше затворилъся въ градѣ въ 100 и отбися ихъ. И поиде Мьстиславъ и възя Зубьчевъ, и быша на Возузѣ; и приде Володимиръ Рюриковиць съ смольняны, идоша по Волзѣ, воююче; и рекоша ему: «княже, поиди къ Торожку». Рече же Мьстиславъ и Володимиръ: «поидемъ къ Переяслалю; есть у наю третии другъ». И не бы вести, кде Ярославъ, въ Торожку ли, въ Тьхвѣри ли. И наехаша на Яруна сторожи за Тьхверью Ярославли; и пособи богъ Яруну, и многы побиша, а иныхъ измаша, а инии убежаша въ Тьхвѣрь. И бы вѣсть у тѣхъ на Ярослава, и поидоша по Волзе, воююче; и пожьгоша Шешю, и Дубну, и Къснятинь, и все Поволожье. И устрѣте Еремеи от князя Костянтина съ любъвью и съ поклономъ; поидоша къ Переяслалю, воююце. И быша на Городищи на рѣцѣ Саррѣ, у святои Маринѣ, въ великую суботу, мѣсяця априля въ 9; приде князь Костянтинъ съ ростовьци, хрестъ цѣловаша. Ярославъ же поиде съТорожку, поимавъ стареишие мужи съ собою новгородьстии, и молодыхъ изборомъ, а новотържьци вси; и приде Переяславлю и скопи волость свою всю, а Гюрги свою Володимири такоже, а Святослав такоже; и выиде ис Переяслаля съ пълкы, и съ новгородьци и съ новотържьци. Оле страшно чюдо и дивно, братье; поидоша сынове на отця, брат на брата, рабъ на господина, господинъ на рабъ. И ста Ярославъ и Гюрги съ братьею на рѣче Хзѣ; Мьстиславъ же и Костянтинъ и два Володимира съ новгородци сташа на рѣцѣ Липичи; и узрѣша пълкы стояща, и послаша Лариона сочьскаго къ Гюргю: «кланяемъ ти ся; нѣту ны съ тобою обиды, съ Ярославомь ны обида; пусти93 мужи мои новгородьци и новотържьци и, что еси зашьлъ волости нашеи новгородьскои Волокъ, въспяти; миръ с нами възьми, а крестъ къ намъ цѣлуи; а кръви не проливаиме». Отвѣташа94 же: «мира не хочемъ, мужи у мене; а далече есте шли, и вышли есте акы рыбы на сухо». И сказа Лариянъ ту речь Мьстиславу и новгородьчемъ; и рекоша новгородци: «къняже, не хочемъ измерети на конихъ, нъ яко отчи наши билися на Кулачьскѣи пѣши». Князь же Мьстиславъ радъ бысть тому; новъгородци же съседавъше съ конь и порты съметавъше, босии, сапогы съметавъше, поскочиша; а Мьстиславъ поеха за ними на конихъ; и съступися пълкъ, новгородьскыи съ Ярослалимь пълкомь. И тако, божиею силою и помочью святыя София одолѣ Мьстиславъ, а Ярославъ вда плеци, и пълкъ его. Гюрги же състоя Костянтину, и узрѣ Ярослаль полкъ побегъшь Гюрги, и тъ вда плече, мѣсяця априля въ 21, на святого Тимофея и Федора и Альксандры цесариця. О, мъного победы, братье, бещисльное число, око95 не можеть умъ человѣчьскъ домыслити избьеныхъ а96 повязаныхъ; Ярослав въбегъ97 въ Переяслаль, повеле въметати въ погребъ, что есть новгородьць, а иныхъ въ гридницю, и ту ся издъхоша въ множьствѣ. Мьстиславъ же и Костянтинъ и два Володимира съ пълкы поидоша по Гюрги къ Володимирю; и пришьдъше, сташа подъ городомъ; и тои ноци загорѣся городъ и княжь дворъ. И хотѣша новгородьци полести къ городу, и не да имъ князь Мьстиславъ. И бысть заутра, высла князь Гюрги: съ поклономъ къ княземъ: «не деите мене днесь, а заутра поиду из города». И иде Гюрги из Володимиря въ Радиловъ Городьчь; и посадиша новгородци Костянтина въ Володимири на столѣ отни. Костянтинъ же одари честью князи и новгородьци бещисла. Мьстислав же поиде съ новгородьци къ Переяславлю; и не идя къ городу, поима дары; пославъ, поя дъцерь свою, жену Ярославлю, и что живыхъ новгородьць, и что было съ Ярославомь въ полку; и придоша въ Новѣгородѣ съдрави вси.

О, великъ е, братье, промыслъ божии; на томь победищи Гюргевыхъ и Ярослалихъ вои паде бещисла, а новгородьць98 убиша на съступѣ Дмитра Пльсковитина, Онтона котелника, Иванъка Прибышиниця опоньника; а въ загонѣ: Иванка поповиця, Сьмьюна Петриловиця, тьрьскаго даньника. Приде Мьстислав въ Новѣгородѣ, и радъ бысть владыка и вси новгородьци. Тъгда отьяша посадничьство у Гюргя у Иванковиця и даша Твьрдиславу Михалковицю99.

Въ лѣто 6725. Поиде Мьстислав Кыеву, оставивъ Новегородѣ княгыню и сына своего Василия; и поя съ собою Гюргя Иванковиця, Сбыслава Степаниця, Ольксу Путиловиця. Тъгда же поиде Володимиръ въ Новѣгородѣ своими орудии. И воеваша Литва въ Шелонѣ; новгородци идоша по нихъ и не състигоша ихъ. И поидоша къ Медвѣжи голове съ княземь Володимиромь и съ посадникомь Твьрдиславомь, и сташа подъ городомъ. Чюдь же начаша слати съ поклономь льстью, а по Нѣмьци послаша; и начаша новгородци гадати съ пльсковичи о чюдьскои речи, отшедъше далече товаръ, а сторожи ночьнии бяху пришли, а днѣвнии бяху не пошли; а наѣхаша100 на товары без вѣсти, новъ город ци же побегоша съ вѣчя въ товары, и поимавше оружие и выбиша е ис товаръ; и побегоша Нѣмци къ городу, и убиша новгородци два воеводѣ, а третии руками яша, а коневъ отьяша 700, и придоша сдрави вси. Князь же Мьстиславъ приде въ Новѣгородѣ без нихъ; и я Станимира Дьрновиця съ сыномь Нездилою и, оковавъ, потоци, и товаръ поима бещисла, и опять пусти. Тои же веснѣ загорѣся мѣсяця маия въ 31 от Ивана от Ярышевиця въ середъ утра, печьне, и погорѣ до удьния все101 полъ, не остася ни хорома; а кто бяше въбеглъ въ камяныя божнице съ товары, а ту изгорѣша и сами съ товары; а въ Варязьскои божници изгорѣ товаръ вьсь варязьскыи бещисла; а церквии съгорѣ 15, а у камяныхъ вьрхы огорѣша и притворы.

Въ лѣто 6726. Приде князь Мьстиславъ на Тържекъ, и я Борислава Некуришница, и поимавъ товаръ многъ, и пусти102 и103. Тъгда же разболѣся княжиць Василии Мьстиславичь на Търожку, и привезоша и въ Новѣгородѣ мертвъ; и положиша и у святои Софии, головахъ у дѣда, въ святѣй Богородицѣ. Того же лѣта заложи архиепископъ Антонии церковь камяну святыя Варвары манастыр. Съзва Мьстислав вѣцѣ на Ярослаль дворъ, рече: «кланяюся святѣи Софии и гробу отця моего и вамъ; хоцю поискати Галиця, а васъ не забуду; даи богъ леци у отця у святѣи Софии». Новгородьци же много моляхуся: «не ходи, княже»; и не можахуть его уяти, и поклонивъся поиде. Того же лѣта приде из Володимиря архиепископъ Митрофан, и провадиша и новгородьци къ святѣи богородици Благовѣщению. Поиде Мьстислав въ Русь; новгородци же послашася Смольньску по Святослава по Ростиславиця, и приде в Новѣгородѣ мѣсяцѣ августа въ 1. Томь же лѣтѣ Глѣбъ, князь Рязаньскыи, Володимиричь, наученъ сы сотоною на убииство, сдумавъ въ своемь оканьнѣмь помыслѣ, имѣя поспешника Костянтина, брата своего, и с нимь диявола, юже и прельсти, помыслъ има въложи, рѣкшема има, яко избьеве сихъ, а сама приимѣва власть всю. И не вѣси, оканьнѣ, божия смотрения: даеть власть ему же хощеть, поставляеть цесаря и князя вышнии. Что прия Каинъ от бога, убивъ Авеля, брата своего: не проклятье ли и трясение; или вашъ сродникъ оканьныи Святопълкъ, избивъ братью свою: онема вѣньць царства, а собе вѣчьную муку. Сь же оканьныи Глѣбъ Святопълчю ту же мысль приимъ, и съкры ю въ сердци своемь съ братомь своимь. Съньмъшемъся всѣмъ на исадѣхъ на порядѣ: Изяслав, кюръ Михаилъ, Ростислав, Святослав, Глѣбъ, Романъ; Ингворъ же не приспѣ приехати к нимъ: не бе бо приспело врѣмя его. Глѣбъ же Володимиць съ братомъ позва я к собе, яко на честь пирения, въ свои шатьръ; они же не вѣдуще злыя его мысли и прельсти, вси 6 князь, кождо съ своими бояры и дворяны, придоша въ шатьръ ею. Сь же Глѣбъ прѣже прихода ихъ изнарядивъ свое дворяне и братне и поганыхъ Половьчь множьство въ оружии, и съкры я въ полостьници близъ шатра, въ немь же бе имъ пити, не вѣдущю ихъ никому же, развѣ того зломысльною князю и ихъ проклятыхъ думьчь. Яко начаша пити и веселитися, ту абие оканьныи, проклятыи Глѣбъ съ братомъ, изьмъше мечя своя, начаста сѣчи прѣже князи, та же бояры и дворянъ множьство: одинѣхъ князь 6, а прочихъ бояръ и дворянъ множьство, съ своими дворяны и съ Половчи. Си же благочьстивии князи рязаньстии концяшася мѣсяця июля въ 20, на святого пророка Илии, и прияша вѣньця от господа бога, и съ своею дружиною, акы агньци непорочьни прѣдаша душа своя богови. Сь же оканьныи Глѣбъ и Костянтинъ, брат его, онѣмъ уготова царство небесное, а собе муку вѣчьную и съ думьци своими. И бысть на зиму, побеже Матеи Душильцевиць, съвязавъ Моисѣиця бириць ябетниць; новгородци же, угонивъше и, яша и ведоша и на Городище, и въиде лжа въ городъ: выдалъ Твьрдиславъ князю Матѣя, и възвониша у святого Николы ониполовици цересъ ночь, а Неревьскыи коньчь у Святыхъ 40, такоже копяче люди на Твьрдислава. И бысть заутра, пусти князь Матѣя, учювъ гьлку и мятежь въ городѣ. И поидоша ониполовици и до дѣтии въ бръняхъ, акы на рать, а неревляне такоже; а загородьци не въсташа ни по сихъ, ни по сихъ, нъ зряху перезора. Твьрдиславъ же, позря на святую Софию, и рече: «даже буду виноватъ, да буду ту мертвъ; буду ли правъ, а ты мя оправи, господи»; и поиде съ Людинемь концемь и с пруси. И бысть сеця у городьныхъ воротъ, и побѣгоша на онъ полъ, а друзии въ коньць, и мостѣ переметаша, и переехаша ониполовици въ лодьяхъ, и поидоша силою. О, великое, братье, чюдо съвади оканьныи дияволъ; къгда бяше брани быти на поганыя, тѣгда ся начяша бита межи собою; и убиша муж прус, а концянъ другыи, а оныхъполовиць Ивана Душильцевиця, брат Матеевъ, а въ Неревьскемъ конци Къснятина Прокопииниця, иныхъ 6 муж, а раненыхъ много обоихъ. Бысть же се мѣсяця генваря въ 27, на святого Иоанна Златоуста, и тако быша вѣча по всю недѣлю. Нъ богомъ дияволъ попранъ бысть и святою Софиею, крестѣ възвеличянъ бысть; и съидошася братья въкупѣ однодушно, и крестъ цѣловаша. Князь же Святослав присла свои тысяцькыи на вѣче, рече: «не могу быти съ Твьрдиславомъ и отѣимаю от него посадьницьство». Рекоша же новгородьци: «е ли вина его». Онъ же рече: «безъ вины». Рече Твьрдислав: «тому есмъ радъ, оже вины моеи нѣту; а вы, братье, въ посадничьствѣ и въ князѣхъ». Новгородци же отвѣщаша: «княже, оже нѣту вины его, ты к намъ крестъ цѣловалъ без вины мужа не лишити; а тобе ся кланяемъ, а се нашь посадник, а вто ся не вдадимъ»; и бысть миръ.

Въ лѣто 6727. Приела великыи князь Мьстислав Романовиць ис Кыева сынъ свои Всѣволодъ104, рече: «приимете собе князя Всеволода, а Святослава стареишаго пустите къ мнѣ». Новгородьци же волю его створиша. Поиде тоя зимы Сьмьюнъ Еминъ въ 4-хъ стѣхъ на Тоимокары, и не пусти ихъ Гюрги, ни Ярослав сквозѣ свою землю; и придоша Новугороду въ лодьяхъ, и ста по полю шатры на зло; и замыслиша Твьрдислав и Якунъ тысячьскыи, заели105 къ Гюргю, не пусти106 ихъ туда; и възвадиша городъ. Тъгда отъяша посадничьстве у Твьрдислава и даша Смену Борисовицю, а тысяцьское у Якуна и даша Семьюну Емину. Тъгда107 же концяша церковь камяну святыя Варвары. Того же лѣта заложиста Твьрдиславъ съ Федоромь церковь камяну святого Михаила, а другую святыхъ 3 отрокъ посторонь малу, съвѣршиша ю въ 4 дни. Поиде князь Мьстиславъ и Володимиръ ис Кыева къ Галицю на королевиця, и выидоша галицяне противу, и Чехове и Ляхове и Морава и Угре, и съступишася полкове. И пособи богъ Мьстиславу, и въ городъ Галиць въеха, а королевиця рукама яша и съ женою, и взя миръ съ королемь, а сын его пусти, а самъ сѣдѣ въ Галици, а Володимиръ Рюриковиць Кыевѣ. Том же лѣтѣ иде князь Всеволодъ съ новгородьци къ Пертуеву, и устретоша стороже Нѣмьци, Литва, Либь, и бишася; и пособи богъ новгородьцемъ, идоша подъ городъ и стояша 2 недѣли, не взяша города, и придоша сторови. Того же лѣта иде Антонъ архиепископъ новгородьскыи на Тържькъ; новгородьци же въведоша архиепископа Митрофана въ дворъ опять на столъ, а къ Онтонию послаша: «поиди, кде ти любо». Антонии же поиде въ Новгородъ и святого Спаса108 въ Нередицяхъ. Князь и новгородьци рекоша Митрофану и Онтону: «идита къ митрополиту, да кого намъ прислеть, то нашь владыка»; и пустиша с нима цьрньця Васияна попа, а другого попа Бориса. Пришьдъше же от Пьртуева, вдаша посадничьство Твьрдиславу, а Якуну тысячьское опять.

В лѣто 6728. Приде архиепископъ Митрофанъ, оправивъся богомь и святою Софиею, въ Новгородъ марта въ 17; а Антония митрополитъ у себе въ чести, въда ему епископью въ Перемышли. Того же лѣта иде князь Всѣволодъ въ Смолньскъ своимь орудиемь. Тои же зимѣ приде князь Всеволодъ и-Смольньска на Тържькъ. Не хотя же дьяволъ добра роду крестьяньску и злии человѣчи, и вложи князю грѣхъ въ сердци, гнѣвъ до Твьрдислава, а без вины; и приде въ Новѣгородѣ, и възвади всь городъ, хотя убити Твьрдислава; а Твьрдислав бяше больнъ. И поиде князь Всеволодъ съ Городища съ всѣмъ дворомъ своимъ, и скрутяся въ бръне, акы на рать, и приеха на Ярослаль дворъ; новгородци к нему въ оружии и сташа пълкомъ на княжи дворѣ. Твьрдислав же бяше немоцьнъ, и вывезоша и на санкахъ къ Борису Глѣбу, и скопишася о немь пруси и Людинь коньць и загородци, и сташа около его пълкомъ и урядивъше на 5 пълковъ. Князь же узрѣвъ рядъ ихъ, оже хотять крѣпъко животъ свои отдати, и не поеха, нъ присла владыку Митрофана съ всѣми добрыми повѣстьми; и съвѣде и владыка въ любъвь, и крестъ цѣлова и князь и Твьрдислав. Богомь и святою Софиею крестъ възвеличянъ бысть, а дьяволъ попранъ; а братья вся въкупѣ быша. Твьрдиславъ же съшьдъся съ князьмь въ любъвь, и лишися посадницьства: немочьнъ бо бѣ; и даша посадничьство Иванъку Дмитровицю; въ тои же немочи пребы 7 недель, и прия и больши немочь; и утаивъся женѣ и дѣтии и всѣй братьи, иде къ святѣи Богородицивъ Аркажь манастырь и пострижеся февраря въ 8 день. Тъгда и жена въ друзѣмь манастыри пострижеся у святѣи Варвары.

Въ лѣто 6729. Показаша путь новгородци князю Всеѣволоду: «не хочемъ тебе; поиди, камо хочеши»; иде къ отцеви въ Русь.

Въ лѣто 6730. Послаша владыку Митрофана и посадника Иванка и старѣишии мужи Володимирю къ Гюргю къ Всѣволодицю по сынъ, и вда имъ Всѣволода на всѣи воли новгородьстѣи. Приде князь Всѣволодъ в Новѣгородѣ, и владыка и вси мужи одарени бещисла; и ради быша новгородьци, и бысть миръ. Того же лѣта Гюрги князь присла брата своего Святослава новгородьчемъ въ помощъ; идоша новгородьци съ Святославомь къ Кеси, и придоша Литва въ помочь же; и много воеваша, нъ города109 не възяша. На ту же зиму князь Всѣволодъ побеже въ ноць, утаивъся из Новагорода, съ всемь дворомь своимь; новгородьци же печяльни быша о томь. Тогда же новгородци послаша мужи старѣишии къ Гюргю: «оже ти не угодьно дьржати Новагорода сыномь, а въда ны брат»; и дасть имъ брата своего Ярослава.

Въ лѣто 6731. Приде князь Ярослав в Новѣгородѣ, и ради быша новгородци. Воеваша Литва около Торопця; и гонися по нихъ Ярослав с новгородци до Въсвята, не угони ихъ. Въ то же лѣто прѣставися архиепископъ новгородьскыи Митрофанъ, мѣсяця июля въ 3, на святого Уакинфа, понедельнику свитающю, и положенъ бысть въ святѣи Софии въ притворе; а даи богъ его святую молитвою110 князю и всемъ новгородцемъ. Томь же дни въведоша въ дворъ Арсению цьрньця съ Хутина, мужа добра и зѣло боящася бога. Приде князь Ярославъ от брата, и иде съ всею областию къ Колываню, и повоева всю землю Чюдьскую, а полона приводе бещисла, нъ города не взяша, злата много възяшя, и придоша вси съдрави. Поиде князь Ярослав съ княгынею и съ дѣтми Переяслалю; новгородци же кланяхутся111 ему: «не ходи, княже»; онъ же поиде по своеи воли. Новгородьци же послаша112 къ Гюргю по сынъ, и дасть имъ опять сынъ свои Всеволодъ.

Въ лѣто 6732. Приде князь Всеволодъ Гюргевиць въ Новъгород. Того же лѣта убиша князя Вячка Немьци въ Гюргевѣ, а городъ взяша. Въ то же лѣто, по грѣхомъ нашимъ, не ту ся зло створи: выеха Федоръ посадник съ рушаны, и бися съ Литвою, и съгониша рушанъ съ конь и много коневъ отъяша, и убиша Домажира Търлиниця и сънъ113 его, а рушанъ Богъшю, а иныхъ много, а другыхъ по лѣсу розгониша. Том же лѣтѣ по грѣхомъ нашимъ, придоша языци незнаеми, их же добре никто же не весть, кто суть и отколе изидоша, и что языкъ ихъ, и котораго племене суть, и что вѣра ихъ; а зовуть я Татары, а инии глаголють Таурмены, а друзии Печенѣзи; инии же глаголють, яко се суть, о них же Мефодии, Патомьскыи епископъ, съвѣдѣтельствуеть, яко си суть ишли ис пустыня Етриевьскыя, суще межи въстокомь и сѣверомъ. Тако бо Мефодий глаголетъ, яко скончанию врѣменъ явитися тѣмъ, яже загна Гедеонъ, и поплѣнять всю земьлю от въстокъ до Ефранта и от Тигръ до Поньскаго моря, кромѣ Ефиопия. Богъ единъ вѣсть, кто суть и отколѣ изидоша; прѣмудрии мужи вѣдять я добрѣ кто книгы разумѣетъ; мы же ихъ не вѣмы, кто суть; нъ сде въписахомъ о нихъ памяти ради рускыхъ князь и бѣды, яже бысть от нихъ имъ. Слышахомъ бо, яко многы страны поплѣниша, Ясы, Обезы, Касогы, и Половьчь безбожьныхъ множьство избиша, а инѣхъ загнаша, и тако измроша убиваеми гнѣвомь божиемь и пречистая его матере; много бо зла створиша ти оканьнии Половчи Русьскои земли, того ради всемилостивыи богъ хотя погубити безбожныя сыны Измаиловы Куманы, яко да отмьстять кръвь крестьяньску, еже и бысть над ними безаконьными. Проидоша114 бо ти Таурмени всю страну Куманьску и придоша близъ Руси, идеже зоветься валъ Половьчьскы. И прибегоша оканьнии Половчи, избьеныхъ избытъкъ, Котянь с ынѣми князи, а Данилъ Кобяковиць и Гюрги убьена быста115, с нимь множьство Половьчь; сь же Котянь бѣ тьсть Мьстиславу Галицьскому. И приде съ поклономь съ князи Половьцьскыми къ зяти въ Галичь къ Мьстиславу и къ всемъ княземъ русьскымъ, и дары принесе многы: кони и вельблуды и буволы и дѣвкы, и одариша князь русьскыхъ, а рекуче тако: «нашю землю днесь отъяли, а ваша заутро възята116 будеть»; и възмолися Котянь зяти своему. Мьстислав же поця молитися княземъ русьскымъ, братьи своеи, рекя тако: «оже мы, братье, симъ не поможемъ, тъ си имуть придатися к нимъ, тъ онѣмъ больши будеть сила». И тако думавъше много о собе, яшася по путь, и поклона дѣля и молбы князь половьчьскыхъ. И начаша вое пристраивати, кожьдо свою власть; и поидоша, съвъкупивъше землю всю Русскую противу Татаромъ, и быша на Днѣпрѣ на Зарубе. Тъгда же увѣдавъше Татари, оже идутъ русстии князи противу имъ, и прислаша послы, къ русскымъ княземъ: «се слышимъ оже идете противу насъ, послушавше Половьць; а мы вашеи земли не заяхомъ, ни городъ вашихъ, ни селъ вашихъ, ни на васъ придохомъ, нъ117 придохомъ богомь пущени на холопы и на конюси118 свое на поганыя Половче; а вы възмите с нами миръ; аже выбежать къ вамъ, а биите ихъ оттолѣ, а товары емлите к собе: занеже слышахомъ, яко и вамъ много зла створиша; того же дѣля и мы биемъ». Того же русстии князи не послушаша, нъ послы избиша, а сами поидоша противу имъ; и не дошьдъше Ольшья, и сташа на Днѣпрѣ. И прислаша к нимъ второе послы Татари, рекуще тако: «а есте послушали Половьчь, а послы наша есте избили, а идете противу нас, тѣ вы поидите; а мы васъ не заяли, да всѣмъ богъ»; и отпустиша прочь послы ихъ. Тъгъда же Мьстислав перебродяся Днѣпрь, прѣиде в 1000 вои на сторожи татарьскыя, и победи я, а прокъ ихъ въбѣже съ воеводою своимь Гемябѣгомь въ курганъ Половьчьскыи, и ту имъ не бы мочи, и погрѣбоша воеводу своего Гемябега жива въ земли, хотяще животъ его ублюсти; и ту и налезоша, испросивъше Половьци у Мьстислава, и убиша и. Слышавъше же то князи русстии, поидоша за Днѣпрь и поидоша вси въкупѣ, по нихъ же идоша 9 днии, и заидоша за Калакъ рѣку, и послаша въ сторожихъ Яруна с Половьци, а сами станомь сташа ту. Тъгда же Ярунъ съступися с ними, хотя битися, и побегоша не успѣвъше ничтоже Половци назадъ, и потѣпташа бежаще станы русскыхъ князь, не успѣша бо исполчитися противу имъ; и съмятошася вся, и бысть сѣця зла и люта. Мьстиславъ же, Кыевьскыи князь, видя се зло, не движеся съ мѣста никамо же; сталъ бо бѣ на горѣ надъ рѣкою надъ Калкомь, бѣ бо мѣсто то камянисто, и ту угоши городъ около себе въ колѣхъ, и бися с ними из города того по 3 дни. Ини же Татари поидоша по русскыхъ князихъ, бьюче до Днѣпря; а у города того оста 2 воеводѣ Цьгырканъ и Тешюканъ на Мьстислава и на зяти его на Андрѣя и на Ольксандра Дубровьцьскаго: беста бо 2 князя съ Мьстиславом. Ту же и бродници съ Татары быша, и воевода Плоскына, и тъ оканьныи воевода цѣловавъ крестъ честьныи къ Мьстиславу и къ обѣма князема, око ихъ не избити, нъ пустити ихъ на искупъ, и сълга оканьныи: прѣда ихъ, извязавъ, Татаромъ; а городъ възяшь, и люди исѣкоша, и ту костью падоша; а князи имъше, издавиша, подъкладъше подъ дъскы, а сами вѣрху сѣдоша обѣдати, и тако животъ ихъ концяша. А иныхъ князь до Днѣпрѣ гоняче, убиша 6: Святослава Яневьскаго, Изяслава Ингворовиця, Святослава Шюмьскаго, Мьстислава Церниговьскаго съ сыномь, Гюргя Невѣжьскаго. Тъгда же Мьстислав Мьстислалиць переже перебегь Днѣпрѣ, отрѣя от берега лодье, да не идуть Татари по нихъ, а самъ одва убежа; а прочии вои десятый приде кождо въ свояси; а иныхъ Половци побиша ис коня, а иного ис порта. И тако за грѣхы наша богъ въложи недоумение въ нас, и погыбе много бещисла людии; и бысть въпль и плачь и печяль по городомъ и по селомъ. Си же злоба сътворися мѣсяця маия въ 31, на святого Ерѣмья. Татари же възвратишася от рѣкы Днѣпря; и не съвѣдаемъ, откуду суть пришли и кдѣся дѣша опять: богъ вѣсть, отколе приде на нас за грѣхы наша. В то же лѣто съвершиша церковь камяну святого Михаила Твьрдислав и Феодоръ. Томь же лѣтѣ бысть громъ страшьнъ маия въ 20, на святого Фаллѣя: съгорѣ церкы святыя Троиця, а 2 человека мертва быста. Въ то же лѣто създа Борисовичѣ Сменъ церковь камяну святого Павла, и святого Смена Богоприимьця, и святую Костянтина и Елены, и святиша ноября въ 6, на Павловъ день. Того же лѣта святиша церковь святого Михаила на праздьник. Въ то же лѣто поиде князь Всеволодъ другое из Новагорода въ ноць утаивъся, съ всѣмъ дворомь своимь. И приехавъ, сѣде на Тържьку; и приеха къ нему отечь Гюрги съ пълкы и брат его Ярославъ и Василко Костянтиновиць съ ростовци, Михаилъ съ церниговьци. И послаша новгородци къ Гюрьгю на Тържькъ 2 мужа: «княже, пустив к намъ дѣтя, а самъ поиди съ Тържьку». Гюрги рече посломъ: «выдаите ми Якима Иванковиця, Микифора Тудоровиця, Иванка Тимошкиниця, Сдилу Савиниц, Вячка, Иваца, Радка; не выдадите ли, а я поилъ есмь коне Тьхвѣрью, а еще Волховомь напою». Новгородци же скопиша всю волость, а около города острогъ доспеша, а къ Гюргю послаша Полюда, Вячеслава Прокшиниця, Иванка Ярышевиця: «княже, кланяемъ ти ся, а братьи своеи не выдаваемъ, а кръви не проливаи; пакы ли твои мець, а наше головы». Новгородци же по путьмъ сторожи поставиша, а твьрди издѣлаша; хотѣша умрети за святую Софию о посадницѣ о Иванцѣ о Дмитровици. Князь же Гюрги съ нашими мужи мужь свои присла, Романа тысячьского и Михаиловъ: «поимите у мене119 мои шюринъ Михаила». Новъгородци же послаша мужь свои по Михаила, а Гюрги съ князи поиде съ Тържьку, много имъ пакостивъ, възя у нихъ 7000 новую.

Въ лѣто 6733. Приде князь Михаилъ в Новѣгородѣ, сынъ Всеволожь, внукъ Олговъ; и бысть льгъко по волости Новугороду. И того лѣта иде князь Михаилъ къ Гюргю, поимя съ собою мужи Новгородьскыя, правитъ товаровъ, что поималъ на Тържьку и по своеи волости. Того же лѣта приде князь Михаилъ, исправивъ товары у Гюргя, и ста на Ярослали дворѣ, и рече новгородьчемъ: «не хочю у васъ княжити, иду Цьрнигову; гость къ мнѣ пускаите, а яко земля ваша, тако земля моя». Новгородци же много уимаша и, молячеся, и не могоша его умолити, и тако проводиша и съ цьстью. Новгородци же послаша къ Ярославу Переяславлю. Приде архиепископъ Антонии ис Перемышля въ Новгородъ и сѣде на своемь столѣ, и ради быша новгородьци своему владыцѣ. Тои же зимѣ придоша Литва, повоеваша около Търожку бещисла и не доганяша Тържку120 за 3 вьрсты, беше бо ихъ 7000, и гость биша многъ, и Торопьцьскую волость всю поимаша. Князь же, Ярославъ и Володимиръ съ сыномъ и с новотържьци, княжь дворъ, новгородцевъ мало, торопцяне съ князьмь своимь Давыдомь поидоша по нихъ, а новгородци послаша: они же, дошедъше Русы, въспятишася. Князь же Ярославъ съгони е на Въсвятѣ и наворопи на не; и тако, божиею помочью и святыя София, отъимаша всь полонъ, а самѣхъ избиша 2000, а прокъ ихъ разбегошася; ту же убиша князя Торопьчьскаго Давыда и Василя, меченошю Ярославля.

Въ лѣто 6734. Приде князь Ярослав в Новѣгородѣ, и не положи того въ гнѣвъ, оже не пошьли по немь. Тъгда поставиша церковь святого Рожества христова. Въ то же лѣто прѣставися игуменъ святого Георгия Саватия, архимандритъ новгородьскыи, априля въ 16 день, въ великыи четвьрток. Прѣже своего прѣставления Саватии съзва владыку Антония и посадника Иванка и всѣ новгородце, и запраша братье своей и всѣхъ новгородьць: «изберете собѣ игумена». Они же рекоша: «кого ты благослови ши». Онъ же рече: «въвѣдете Грьцина, попа святую Костянтину и Елены». И въведоша мужа добра и зѣло боящася бога Грьцина, и постригоша и того дни, марта въ 2, на святаго Федота; и поставиша и игуменомь марта въ 8, на святого Фефилакта, на сборъ. Того же лѣта заложиша церковь святого Иякова камяну въ Неревьскемъ конци121.

Въ лѣто 6735. Иде князь Ярославъ съ човгородци на Емь и повоева всю землю, и полонъ приведе бещисла. Того же лѣта ижгоша вълхвы 4, творяхуть е потворы дѣюще, а богъ вѣсть; и съжгоша ихъ на Ярослали дворе. Въ то же лѣто исписа церковь Святых 40 Вячеславъ Малышевъ122 вънукъ; а и123 богъ ему спасение.

Въ лѣто 6736. Поиде Антонии, архиепископъ новгородьскыи, на Хутино къ святому Спасу по своеи воли. Того же лѣта придоша Емь воевать въ Ладозьское озѣро в лодкахъ; и приде на Спасовъ день вѣсть въ Новгородъ. Новгородци же, въсѣдавъше въ насады, въгрѣбоша в Ладогу съ князьмь Ярославомь. Володислав, посадник ладозьскыи, съ ладожаны, не ждя новгородьць, гонися в лодияхъ по нихъ въ слѣдъ, кде они воюють, и постиже я и бися с ними; и бысть нощь, и отступиша въ островълець, а Емь на брѣзѣ съ полономъ124; воевали бо бяху около озера на исадѣхъ и Олоньсь. Тои же нощи просивъше мира, и не да имъ посадник съ ладожаны, а они исѣкше полонъ всь, а сами побегоша на лѣсъ125, лодкы пометавъше, пѣши много ихъ ту паде, а лодкы ихъ ижгоша. Новгородьци же стоявъше въ Неве неколико днии, створиша вѣче и хотѣша убити Судимира, и съкры и князь въ насаде у себе; оттоле въспятишася въ Новѣгородѣ, ни ладожанъ ждавъше. Послѣдь же оставъшеся Ижеряне126 устрѣтоша ихъ бегающе, и ту ихъ избиша много, а прокъ ихъ разбежеся, куцы кто видя; нъ тѣхъ Корѣла, кде обидуче, въ лѣсе ли, выводяче, избиша: бе бо ихъ пришло творяху 2000 или боле, богъ вѣсть, а то все мертво. Томь же лѣтѣ князь Ярославъ, преже сеи рати, поиде въ Пльсковъ съ посадникомь Иванкомь и тысячьскыи Вячеслав. И слышавше пльсковици, яко идеть к нимъ князь, и затворишася въ городѣ, не пустиша к собѣ; князь же, постоявъ на Дубровнѣ, въспятися в Новъгород: промъкла бо ся вѣсть бяше си въ Пльскове, яко везеть оковы, хотя ковати вяцьшее мужи. И пришьдъ, створи вѣче въ владычьни дворѣ и рече, яко «не мыслилъ есмь до пльсковичь груба ничегоже; нъ везлъ есмь былъ въ коробьяхъ дары: паволокы и овощь, а они мя обьщьствовали»; и положи на нихъ жалобу велику. Тъгда же приведе пълкы ис Переяславля, а рекя: «хочю ити на Ригу»; и сташа около Городища шатры, а инии въ Славнѣ по дворомъ. И въздорожиша все по търгу: и хлѣбъ, и мяса, и рыбы; и оттолѣ ста дороговь: купляху хлѣбъ по 2 кунѣ, а кадь ржи по 3 гривнѣ, а пшеницю по 5 гривенъ, а пшена по 7 гривенъ; и тако ста по 3 лѣта. То же слышавъше пльсковици, яко приведе Ярослав пълкы, убоявшеся того, възяша миръ съ рижаны, Новгородъ выложивъше, а рекуче: «то вы, а то новгородьци; а намъ ненадобе; нъ оже поидуть127 на насъ, тъ вы намъ помозите»; и они рекоша: «тако буди»; и пояша у нихъ 40 муж въ талбу. Новгородци же, увѣдавъше, рекоша: «князь насъ зоветь на Ригу, а хотя ити на Пльсковъ». Тъгда же князь посла Мишю въ Пльсковъ, река: «поидите съ мною на путь, а зла до васъ есмь не мыслилъ никотораго же; а тѣхъ ми выдаите, кто мя обадилъ къ вамъ». И рекоша пльсковици, приславъше Грьчина: «тобе ся, княже, кланяемъ и братьи новгородьцемъ; на путь не идемъ, а братьи своеи не выдаемъ; а с рижаны есме миръ взяли. Къ Колываню есте ходивъше, серебро поимали, а сами поидосте в Новѣгородѣ, а правды не створися, города не взясте, а у Кѣси такоже, а у Медвѣже головѣ такоже; а за то нашю братью избиша на озѣрѣ, а инии повѣдени, а вы, роздравше, та прочь; или есте на нас удумали, тъ мы противу васъ съ святою богородицею и съ поклономъ; то вы луче насъ исѣчите, а жены и дѣти поемлете собе, а не луче погании; тъ вамъ ся кланяемъ». Новгородьци же князю рекоша: «мы бе своея братья бес пльсковиць не имаемъся на Ригу; а тобе ся, княже, кланяемъ». Много же князь нудивъ, и не яшася по путь. Тъгда же князь Ярославъ пълкы своя домовь посла. Пльсковици же тѣгда бяху подъвегли Нѣмьци и Чюдь, Лотыголу и Либь, и отпустиша я опять; а тѣхъ, кто ималъ придатѣкъ у Ярослава, выгнаша исъ Пльскова: «поидите по князи своемь, намъ есте не братья». Тъгда же Ярослав поиде съ княгынею из Новагорода Переяславлю, а Новѣгородѣ остави 2 сына своя, Феодора и Альксандра, съ Федоромь Даниловицемь128, съ тиуномь Якимомь. Тои же осени наиде дъжгь великъ и день и ночь, на Госпожькинъ день, оли и до Никулина дни не видѣ⟘хомъ светла дни, ни сѣна людьмъ бяше лзѣ добыти, ни нивъ дѣлати. Тъгда же оканьныи дияволъ, испьрва не хотяи добра роду человѣчю и завидѣвъ ему, зане прогоняшеть его нощнымъ стояниемь, пѣниемь и молитвами, и въздвиже на Арсения, мужа кротка и смерена, крамолу велику, простую чядь. И створше вѣче на Ярослали дворе, и поидоша на владыцьнь дворъ, рекуче: «того дѣля стоить тепло дълго, выпровадилъ Антония владыку на Хутино, а самъ сѣлъ, давъ мьзду князю»; и акы злодѣя пьхающе за воротъ, выгнаша; малѣ ублюде богъ от смерти: затворися въ церкви святѣи Софии, иде на Хутино. А заутра въвѣдоша опять Антония архиепископа и посадиша с нимь 2 мужа: Якуна Моисѣевиця, Микифора щитник. И недосыти бы зла, нъ еще боле того: възмятеся всь городъ, и поидоша съ вѣца въ оружии на тысячьского Вяцеслава, и розграбиша дворъ его и брата его Богуслава и Андреичевъ, владыцня стольника, и Давыдковъ Софиискаго, и Судимировъ; а на Душильця, на Липьньскаго старосту, тамо послаша грабить, а самого хотѣша повѣсити, нъ ускоци къ Ярославу; а жену его яша, рекуче, яко «ти на зло князя водять»; и быстъ мятежь въ городѣ вѣликъ. Тои же осѣни бысть вода велика въ Вълховѣ: поима около озера сѣна и по Волхову. Тъгда помьрзъшю озѣру и стоявшю 3 дни, и въздре угъ вѣтръ, изламавъ, вънесе все въ Вълхово, и въздрѣ 9 городьнь великаго моста, и принесе къ Питбѣ подъ святыи Николу 8 городьнь въ ноць, а 9-ю рознесе, мѣсяця декабря въ 8 день, на святого Патапия. Не хотяшеть бо богъ видѣти кръвопролития въ братьи, ни дияволу радости дати: радуеть бо ся оканьныи о кръвопролитии братни; нъ изволи благыи богъ тако быти. Тъгда отяша129 тысячьское у Вячеслава и даша Борису Нѣгочевичю, а къ князю послаша къ Ярославу на томъ: «поеди к намъ, забожницье отложи, судье по волости не слати; на всѣи воли нашей и на вьсехъ грамотахъ Ярославлихъ ты нашь князь; или ты собе, а мы собе». Тои же зимѣ побѣже Федоръ Даниловиць съ тиуномь Якимомь, поимъше съ собою 2 княжичя, Федора и Альксандра, сыропустныя недѣли въ уторник, в ночь. Тъгда же новгородци рѣша: «дажь что зло съдумавъ130 на святую Софию, а побеглъ; а мы ихъ не гонили, нъ братью свою есме казнили; а князю есме зла не отворили никотораго же; да оно имъ богъ и крестѣ честьныи, а мы собѣ князя промыслимъ»; и цѣловаша святую Богородицю, яко быти всемъ одинакымъ; и послаша по Михаила въ Цѣрниговъ Хота Станимировиця, Гаврилу на Лубяници. И быша Смольньскѣ, и не пусти ихъ князь Смольньскыи по науцению Ярославлю, и пути заяша вся. Нъ оже богъ по насъ, кто на ны: и увѣдавъ Михаилъ, яко прияти суть посли новгородьстии въ Смольньскѣ, бѣ бо тѣгда въ Брыну съ сыномь, и поиде въ борзѣхъ131 на Тържькъ, и приде на вьрьбницю въ Тържькъ, и ради быша людье вси.

Въ лѣто 6737. Приде князь Михаилъ ис Чернигова въ Новѣгородѣ, по велицѣ дни Фоминѣ недѣли исходяче, и ради быша новгородци своему хотѣнию. И цѣлова крестъ на всѣи воли новгородстѣи и на всѣхъ грамотахъ Ярославлихъ; и вда свободу смьрдомъ на 5 лѣт дании не платити, кто сбежалъ на чюжю землю, а симъ повеле, къто сде живеть, како уставили переднии князи, тако платите дань. А на Ярослалихъ любъвницехъ поимаша новгородци кунъ много и на городищанохъ, а дворовъ ихъ не грабяче, и даша на великыи мостъ. Въ то же лѣто заложиша великыи мостъ выше стараго моста. Тъгда же отяша посадничьство у Иванка у Дъмитровиця и даша Вънезду Воловику, а Иванку даша Тържькъ; иде на Тържькъ, и не прияша его новоторожьци, и оттуду иде къ Ярославу. Томь же лѣтѣ рече князь Михаилъ: «се у васъ нѣту владыкы, а не лѣпо быти граду сему безъ владыцѣ; оже богъ казнь свою възложилъ на Онтония, а вы сочите таковаго мужа въ попѣхъ ли, в ыгуменехъ ли, въ череньцихъ ли». И рекоша нѣкотории князю: «есть чьрньць дьяконъ у святого Георгия, именьмь Спиридонъ, достоинъ есть того»; а инии Осафа, епископа володимирьскаго велыньскаго, а друзии Гръцина: «кого дасть митрополитъ, тотъ намъ отець». И рече князь Михаилъ: «да положимъ 3 жрѣбья, да которыи богъ дасть намъ». И положиша на святѣи тряпѣзѣ, имена написавши, и послаша из гридьницѣ владыцьне княжиця Ростислава; изводи богъ служителя собе и пастуха словесьныхъ овьчь Новугороду и всѣи области его, и выяся Спуридонь. И послаша по нь въ манастырь и, приведъше, посадиша и въ дворѣ, дондеже поиде Кыеву ставиться. Томь же лѣтѣ поиде князь Михаилъ въ Цьрниговъ къ братьи, поимя съ собою новгородце Богуслава Гориславиця, Сбыслава Якунковиця, Домаша Твьрдиславиця, Глѣба, посадницѣ сынъ, Михаилка Микифоровиц132, Михаля Прикупова; а сына своего Ростислава остави Новѣгородѣ. «А мнѣ, рече, даи богъ исправите правда новгородьская, тоже от вас пояти сына своего». И посла къ Ярославу Нездилу Прокшиниця, Иванка Тудорковиця, река: «отступися Волока, и что есть новгородьскаго за тобою, силою еси зашьлъ, а крестъ цѣлуи». И рече Ярослав: «того не отступаю, а крьст не цѣлую; вы собе, а я собе»; и дьрьжа послы все лѣто. Томь же лѣтѣ поиде Спиридонъ Кыеву ставиться къ митрополиту, декября въ 17. Тои же зимѣ придоша Литва, и воеваша Любне и Мореву и Серегеръ, и гонишася по нихъ новгородци, и угонивще ихъ, и биша, а полонъ отяшя всь, мѣсяця генвря.

Въ лѣто 6738. Трясеся земля въ пятѣк по велицѣ дни 5 недѣли, въ обѣдъ, а инии уже бяху отобѣдали. То же, братье, не на добро, на зло; грѣхъ дѣля нашихъ богъ намъ знамения кажеть, да быхомъ ся покаяли от грѣхъ нашихъ. Колику ботѣ наведе на ны смерть тои весны, да то мы видяще, не разумѣхомъ своея погыбели, нъ скорѣиши быхомъ на зло. Того же лѣта солнче помьрце маия въ 14, на святого Сидора, въ уторник, въ срьдъ утра, и бы акы въ 5 ноции мѣсяцѣ, и опять наполнися, и ради быхомъ небози. Того же мѣсяця въ 19, на сборъ святыхъ отець 300 и 18, приде архиепископъ Спуридонъ в Новѣгородѣ, поставленъ от митрополита Кюрила; поставленъ бысть попомъ въ сыропустную недѣлю, архиепископомъ по чистѣи недѣли на сборъ. Въ то же лѣто князь Михаилъ створи пострѣгы сынови своему Ростиславу Новегородѣ у святѣи Софии и уя влас архепископъ Спиридон133; и посади его на столѣ, а самъ поиде въ Цьрниговъ. Томь же лѣтѣ роспрѣся Степанъ Твьрдиславиць съ Водовикомь, Иванке Тимошкиниць по Степанѣ, и биша Иванка паробчи посадничи; то же бысть на Городищи; а заутра створи вѣцѣ на посадника на Ярослали дворѣ, и поиде на дворъ его, и розграбиша и. Посадник же опять възъвари городъ вьсь, и Сменъ Борисовиць на Иванка и на Якима Влунковиця и на Прокшю Лашнева; поидоша съ вѣчя и много дворовъ розграбиша, а Волоса Блуткиниця на вѣчи убиша; рече посадник: «ты еси мои дворъ хотелъ зажечи»; а Прокшинъ134 дворъ зажгоша; а Якимъ бежа къ Ярославу, а инии схоронишася; нъ и тѣхъ, уротивше, пустиша; а Иванка после имъш135, уби Водовикъ, въвьргошь въ Волхово. Того же богъ видя наша безакония и братоненавидение и непокорение друг къ другу и зависть, и крестомь вѣрящеся въ лжю, егоже ангели не могуть зрѣти и многоочити, крылы закрываются, того же мы, въ рукахъ дьржаще, сквѣрньны усты цѣлуемъ; и за то богъ на нас поганыя навѣдѣ, и землю нашю пусту положиша; а иное сами не блюдуче, без милости истеряхомъ свою власть, и тако бысть пуста: и тако ны господь богъ възда по дѣломъ нашимъ. Изби мразъ на Въздвижение честьнаго хреста обилье по волости нашеи, и оттолѣ горе уставися велико: почахомъ купити хлѣбъ по 8 кунъ, а ржи кадь по 20 гривенъ, а въ дворехъ по пол-30, а пшеницѣ по 40 гривенъ, а пшена по 50, а овсѣ по 13 гривен. И разидеся градъ нашь и волость наша, и полни быша чюжии гради и страны братье нашеи и сестръ, а останъкъ почаша мерети. И кто не просльзиться о семь, видяще мьртвьця по уличамъ лежаща, и младѣнця от пьсъ изедаемы. И въложи богъ въ сердце благое створити архепископу Спуридону: и постави скуделницю у святыхъ Апостолъ, въ ямѣ, на Просьскои улици; и пристави мужа блага, смерена, именьмь Станила, возити мьртвьця на кони, кде обидуце по городу; и тако беспрестани по вся дни влачаше, и наполни до вьрха, иже бысть в неи числомь 3000 и 30. На ту же зиму поиде княжиць Ростислав съ посадникомь Вънездомь на Тържькъ, мѣсяця декабря въ 8, въ недѣлю; а заутра убиша Смена Борисовиця въ 9, а домъ его всь розграбиша и села, а жену его яша, а самого погрѣбоша у святого Гюргя въ манастыри; такоже и Воловиковъ дворъ и села, и брата его Михаля, и Даньслава, и Борисовъ тысячьскаго, и Творимириць, иныхъ много дворовъ. А Водовикъ, то зло услышавъ, побеже съ Торжьку съ братьею, и Борис тысячьскыи и новотържьчи къ Михаилу въ Цьрниговъ. И даша посадничьстве Степану Твьрдиславичю, а тысячьское Миките Петриловицю, а добытъкъ Смечовъ и Водовиковъ по стомъ розделиша. Они трудишася136, събирающе, а си въ трудъ ихъ вънидоша; о таковых бо рече духъ святый: събираеть, а нѣ вѣсть, кому сбирает. А княжи цю Ростиславу путь показаша с Торожку къ отцеви въ Цьрниговъ: «како отець твои реклъ былъ въсѣсти на коне на воину съ Въздвижения и крестъ цѣловалъ, а се уже Микулинъ день, съ нас крестное мелование; а ты поиди прочь, а мы собе князя промыслимъ». И послаша по Ярослава на всеи воли Новгородьстѣи; Ярослав же въбързѣ приде въ Новѣгородѣ мѣсяця декабря въ 30, и створи вѣцѣ, и цѣлова святую Богородицю на грамотахъ на всѣхъ Ярослалихъ. И сѣдѣвъ 2 недѣли, иде опять въ Переяслаль, поя съ собою мужи новгородьскыя моложьшая, а сына своя 2 посади Новѣгородѣ, Феодора и Ольксандра. Тои же зимѣ въвѣдоша съ Хутина от святого Спаса Арсѣния игумена, мужа кротка и смерена, князь Ярослав, владыка Спуридонъ и всь Новгородъ, и даша игуменьство у святого Георгия; а Саву лишиша, посадиша и въ келии; и разболеся, лежавъ 6 недѣль, и прѣставися марта въ 15, въ суботу предъ обедьнею, и тако погрѣбенъ бысть игуменомь Арсѣниемь и всѣю братьею; а даи богъ молитва его святая всѣмъ крестьяномъ и мнѣ грешному Тимофею понаманарю: бяшеть бо муж благь, кротъкъ, съмѣренъ и незлобивъ; покои богъ душю его съ всѣми правьдныими въ царствии небеснѣмь. Мы же на прѣднее възвратимъся, на горкую и бедную память тоя весны. Что бо реши или что глаголати о бывшеи на нас от бога казни. Яко инии простая чадь рѣзаху люди живыя и ядяху, а инии мьртвая мяса и трупие обрѣзающе ядяху, а друзии конину, псину, кошкы: нъ тѣхъ осочивъше, тако творяху, овъихъ огньмь ижгоша, а другыхъ осѣкоша, иныхъ извѣшаша; ини же мъхъ ядяху, ушь, сосну, кору липову и листъ, ильмъ, кто что замысля; а инии пакы злии человѣци почаша добрыхъ людии домы зажигати, кде чююче рожь, и тако разграбливахуть имение ихъ, въ покаяния мѣсто злое; и горцяиши того быхомъ на зло, а видяще предъ очима нашима гневъ божии: мьртвьци по уличамъ137 и по тѣргу и по мосту по великому от пьсъи зедаемы, оже не можаху погрѣбати. И поставиша другую скудьлницю на поли, коньць Чюдиньчевѣ улици, и бысть та пълна, в нѣиже числа нѣсть; а 3-тьюю поставиша на Колѣни, за святымь Рожьствомъ, и та же бысть пълна, въ неиже числа нѣсть. Тоже бы намъ все видяще предъ очима, лучьшимъ быти, мы же быхомъ пущьщи: брат брату138 не съжаляшеться, ни отечь сынови, ни мати дъчери, ни сусѣдъ сусѣду не уламляше хлѣба; не бысть милости межи нами, нъ бяше туга и печаль, на уличи скърбь другъ съ другомъ, дома тъска, зряще дѣти и плачюще хлѣба, а другая умирающа. И купляхомъ по гривнѣ хлѣб и поболшю, а ржи 4-ю часть кади купляхомъ по гривнѣ серебра; и даяху отци и матери дѣти свое одьрень ис хлѣба гостьмъ. Се же горе бысть не въ нашеи земли въ одинои, нъ по всеи области Русстѣи, кромѣ Кыева одиного. И тако ны богъ възда по дѣломъ нашимъ.

Въ лѣто 6739. Загорѣся от Матѣева двора от Вышковиця, и погорѣ вьсь коньць Славьньскыи оли и до конця Хълма, мимо святого Илию; нъ ублюде богъ святыхъ церквъ; нъ толми бяше лютъ пожаръ, яко по водѣ огнь горяше, ходя чрѣсъ Вълхово, всѣмъ людьмъ зрящимъ, и головъ нѣколико истопѣ въ Волховѣ. Того же лѣта откры богъ милосердие свое на нас грѣшныхъ, створи милость свою въскорѣ прибѣгоша Нѣмьци и-замория съ житомь и мукою, и створиша много добра; а уже бяше при конци городъ сии. Тои же осени ходи Ярославъ ратию на Цьрниговскую волость с новгородци и съ всѣю властью своею на Михаила, и пожьже Шереньскъ; и стоявъ подъ Мосальскомь, и въспятися въспять, истративъ обилия мъного. Ту же подъ городомь застрѣлиша Олдана Подвоискаго, и без мира отъидоша. Томь же лѣтѣ прѣставися Водовикъ Вънездъ, посадник новгородьскыи, въ Цьрниговѣ.

Въ лѣто 6740. Придоша ис Цѣрнигова Борисъ Негоцевичь, Михаль съ братомь, Петре Водовиковиць, Глѣбъ Сменовъ братъ, Миша, съ князьмь139 Святославомь опять140 въ Русь, урозумѣвъ, яко си сългаша имъ; они же въгонивше въ Пльсковъ, яша Вячеслава, и бивъше его, оковаша и. В Новѣ же городѣ бысть мятежь великъ: не бяше бо князя Ярослава, нъ въ Переяслали бѣ тѣгда; и приехавъ князь ис Переславля, изима пльсковици и посади я на Городищи въ гридници; и посла въ Пльсковъ, рече: «мужа моего пустите, а темъ путь покажите прочь, откуда пришли». Они же сташа за ними крепко, нъ рекоша: «прислите к нимъ жены ихъ и товаръ, тоже мы Вячеслава пустимъ; или вы собѣ, а мы собе». И тако быша безъ мира лѣто все; и не пусти князь гости къ нимъ, и купляху соль по 7 гривен бьрковьскъ, и пустиша Вячеслава; князь пусти к нимъ жены Борисовую, Глѣбовую, Мишиную, а мира не взя. Бысть на зиму, придоша пльсковици, поклонишася князю: «ты наш князь»; и въспросиша у Ярослава сына Федора, и не да имъ сына, и рече: «се даю вы шюринъ свои Гюргя»; и ведоша и, поимше, Пльскову, а Борисове чади показаша путь съ женами. Они же идоша въ Мѣдвежю голову. Въ то же лѣто взя Святослав Смолньскъ на щитъ съ полочаны на Боришь день, исѣцѣ Смолняны, а самъ сѣде на столѣ. Том же лѣтѣ прѣставися архепископъ Антонии, октября въ 8. Сии же блаженыи архепископъ Антонии преже изгнания сѣде въ епископии лѣт 8 по Митрофане, а въ изгнании лѣт 6; по сѣм приде ис Перемышля в Новѣгородѣ, и седе лѣта 2, и онѣмѣ на святого Ольксия; бысть лѣт 6 въ болезни тои и 7 месяць и 9 днии, и тако умре, и положиша и у святѣи Софии въ притворе, при князи Ярославе Всеволодиц, при архепископѣ Спуридонѣ.

Въ лѣто 6741. Изгониша Изборьскъ Борисова чадь съ князьмь Ярославомь Володимирицемь и съ Нѣмци. Пльсковици же, оступивше Изборьскъ, измаша и кънязя, и Нѣмцинъ убиша Данилу, а ини побегоша; и даша я великому Ярославу; князь же, исковавъ, поточи я въ Переяслаль. Томь же лѣтѣ прѣставися князь Феодоръ, сынъ Ярослаль вячьшии, июня въ 10, и положенъ бысть въ манастыри святого Георгия, и еще младъ. И кто не пожалуеть сего: сватба пристроена, меды изварены, невеста приведена, князи позвани; и бысть въ веселия мѣсто плачь и сѣтование за грѣхы наша. Нъ, господи, слава тебе, цесарю небесный, извольшю ти тако, нъ покои его съ всеми правьдьньши. Въ то же лѣто заложена бысть церкы на воротѣхъ от Неревьскаго конця святый Феодоръ. Томь же лѣтѣ прѣставися блаженыи митрополитъ всѣя Руси Кыевьскыи, именьмь Кюрилъ, родомь Грьцинъ бѣ, приведенъ бысть из Никѣя. Въ то же лѣто изгониша Нѣмьци Кюрила Синкиниця въ Тѣсвѣ, и ведоша и въ Мѣдвѣжю голову; и сѣде окованъ от госпожкина дни до великаго говѣния, князю Ярославу не сущю Новѣгородѣ, нъ въ Переяслаль отшьлъ бѣ. И пришьдъ князь, выправи божиею помоцью святыя София; а пълкы своя141 приведе в Новѣгородѣ множьство, хотя ити на нѣ.

Въ лѣто 6742. Иде князь Ярослав съ новгородци и съ всѣю областью и с полкы своими на Нѣмьци подъ Гюргевъ; и ста князь, не дошедъ града, съ пълкы, и пусти люди своя въ зажитие воевать; Нѣмци же из града высушася, а инии из Медвѣже головы на сторожи, и бишася с ними и до пълку. И поможе богъ князю Ярославу съ новгородьци и бита я и до рѣкы, и ту паде лучьшихъ Нѣмьць нѣколико; и яко быша на рѣче на Омовыжи Нѣмьци, и ту обломишася истопѣ ихъ много, а ини язвьни въбегоша въ Гюргевъ, а друзии въ Медвѣжю голову; и много попустошиша земле ихъ и обилие потратиша. И поклонишася Нѣмьци князю, Ярослав же взя с ними миръ на вьсеи правды своеи; и възвратишася новгородци сдрави вси, а низовьчь нѣколико паде.142 Того же лѣта съгорѣ церкы от грома святого Луки въ Людинѣ конци июня въ 10, съ вечера. Томь же лѣтѣ изгониша Литва Русь оли до търгу, и сташа рушанѣ, и засада: огнищанѣ и гридба, и кто купьць и гости, и выгнаша я ис посада опять, бьющеся на поли143; и ту убиша нѣколико Литвы, а рушанъ 4 мужа: попа Петрилу, 2 Павла Обрадиця, а ина два мужа; а манастырь святого Спаса всь пограбиша, и церковь полупиша всю, и иконы и прѣстолъ, и цьренци 4 убиша, и отступиша на Клинъ. Тъгда же вѣсть приде в Новѣгородѣ къ кънязю Ярославу; князь же съ новгородьци, въседавъше въ насады, а инии на конихъ, поидоша по нихъ по Ловоти; и яко быша у Моравиина, и въспятишася лодьиници оттоле въ городъ, и князь я отпусти: недостало бо у нихъ бяше хлѣба; а самъ поиде съ коньникы по нихъ. И постиже я на Дубровнѣ, на селищи въ Торопьчьскои волости, и ту ся би съ безбожными оканьною Литвою; и ту пособи богъ и крестъ честьныи и святая София, прѣмудрость божия, надъ погаными князю Ярославу съ новгородци: и отъяша у нихъ конь 300 и съ товаромь ихъ, а сами побѣгоша на лесъ, пометавъше оружия, и щиты, и сови, и все от себе; а инии ту костью падоша. А новгородьць ту убиша 10 мужь144: Феда Якуновича тысячьского, Гаврила щитника, Нѣгутина на Лубяници, Нѣжилу серебреника, Гостилца на Кузмадемьяни улици, Федора Ума княжь дѣцкои, другое городищанинъ, и инѣхъ 3 мужи; а покои господи душа ихъ въ царствии небеснѣмь, пролившихъ кръви своя за святую Софью и за кровь христьяньскую.

В лѣто 6743. Не хотя исперва оканьныи, всепагубныи дьяволъ роду человеческому добра, въздвиже крамолу межи русьскыми князи, да быша человѣци не жили мирно: о томь бо ся злыи радуеть кровопролитию крестьяньску. Поиде князь Володимиръ Рюриковичь съ кыяны и Данило Романовичь с галичаны на Михаила Всеволодича Чермного къ Чернигову, а Изяславъ бѣжа в Половци; и много воева около Чернигова, и посадъ пожже, а Михаиле выступи ис Чернигова; и много пустошивъ около Чернигова, поиде опять; и Михаиле створивъ прелесть на Данилѣ и много би галичанъ и бещисла, Данило же едва уиде; а Володимиръ пришедъ опять, сѣде в Кыевѣ. И не ту бы того до сыти зла, но приде Изяславъ с погаными Половци в силѣ тяжцѣ и Михаиле с черниговци подъ Кыевъ, и взяша Кыевъ; а Володимира и княгыню его имше Половци, поведоша в землю свою и много зла створиша кыяномъ; а Михаиле сѣде в Галичи, а Изяславъ в Кыевѣ; и опять пустиша Володимира Половци на искупѣ и жену его; и на Нѣмцихъ имаша искупъ князи.

В лѣто 6744. Поиде князь Ярославъ изъ Новагорода Кыеву на столѣ, поимя съ собою новгородци вятшихъ: Судимира въ Славьнѣ, Якима Влунковича, Косту Вячеславича, а новоторжець 100 муж; а в Новѣгородѣ посади сына своего Олександра. И, пришедъ, сѣде в Кыевѣ на столѣ; и державъ новгородцевъ и новоторжцевъ одину недѣлю и одаривъ я, отпусти проче; и придоша здрави вси. Том же лѣтѣ пришедше безбожнии Татарове, плѣниша всю землю Болгарьскую, и градъ ихъ Великыи взяша, и исѣкоша вся и жены и дѣти.

В лѣто 6745. Бысть знамение въ солнци мѣсяца августа въ 3 день, на память святых отець Далмата, Фауста, Исакия, въ уденье; бысть таково знамение: тма бысть въ солнци съ запада, акы мѣсяць бысть въ 5 ночии, а съ встока светло, и опять со въстока тма бысть такоже, акы мѣсяць 5 ночии, а с запада светло, и тако исполнися опять. Того же лѣта придоша в силѣ велицѣ Нѣмци изъ замория в Ригу, и ту совкупившеся вси, и рижане и вся Чюдьская земля, и пльсковичи от себе послаша помощь мужь 200, идоша на безбожную Литву; и тако, грѣхъ ради нашихъ, безбожными погаными побѣжени быша, придоша кождо десятыи въ домы своя. Того же лѣта приде митрополитъ Грьчинъ изъ Никѣя въ Киевъ, именем Есифъ.

В лѣто 6746. Створи манастырь у святого Павла Семеновая Борисовича. В то лѣто придоша иноплеменьници, глаголемии Татарове, на землю Рязаньскую, множьство бещисла, акы прузи; и первое пришедше и сташа о Нузлѣ, и взяша ю, и сташа станомь ту. И оттолѣ послаша послы своя, жену чародѣицю и два мужа с нею, къ княземъ рязаньскымъ, просяче у нихъ десятины во всемь: и в людехъ, и въ князехъ, и въ конихъ, во всякомь десятое. Князи же Рязаньстии Гюрги, Инъгворовъ брать, Олегъ, Романъ Инъгоровичь, и Муромьскы и Проньскыи, не въпустяче къ градомъ, выѣхаша противу имъ на Воронажь. И рекоша имъ князи: «олна насъ всѣхъ не будеть, тоже все то ваше будеть». И оттолѣ пустиша ихъ къ Юрью въ Володимирь, и оттолѣ пустиша о Нухлѣ Татары въ Воронажи. Послаша же рязаньстии князи къ Юрью Володимирьскому, просяче помочи, или самому поити. Юрьи же самъ не поиде, ни послуша князии рязаньскыхъ молбы, но самъ хотѣ особь брань створити. Но уже бяше божию гнѣву не противитися, яко речено бысть дрѣвле Исусу Наугину богомь; егда веде я на землю обѣтованую, тогда рече: азъ послю на ня преже васъ недоумение, и грозу, и страхъ, и трепетъ. Такоже и преже сихъ отъя господь у насъ силу, а недоумение, и грозу, и страхъ, и трепетъ вложи в нас за грѣхы наша. Тогда же иноплеменьници погании оступиша Рязань и острогомь оградиша и; князь же Рязаньскыи Юрьи затворися въ градѣ с людми; князь же Романъ Инъгоровичь ста битися противу ихъ съ своими людьми. Князь же Юрьи Володимирьскыи тогда посла Еремѣя въ сторожихъ воеводою, и сняся с Романомь; и оступиша ихъ Татарове у Коломны, и бишася крепко, и прогониша ихъ к надолобомъ145, и ту убиша князя Романа и Еремѣя, и много паде ту съ княземь и съ Еремъемь. Москвичи же ничегоже146 не видѣвше. Татарове же взяша градъ мѣсяца декабря въ 21, а приступили въ 16 того же мѣсяца. Такоже избиша князя и княгыню, и мужи и жены и дѣти, черньца и черноризиць, иерѣя, овы огнемь, а инѣхъ мечемь, поругание черницамъ и попадьямъ и добрымъ женамъ и дѣвицамъ пред матерьми и сестрами; а епископа ублюде богъ: отъѣха проче во тъ годъ, егда рать оступи градъ. И кто, братье, о семь не поплачется, кто ся нас осталъ живыхъ, како они нужную и горкую смерть подъяша. Да и мы то видѣвше, устрашилися быхомъ и грѣховъ своихъ плакалися съ въздыханиемь день и нощь; мы же въздыхаемъ день и нощь, пекущеся о имении и о ненависти братьи. Но на предлежащая възвратимся. Тогда же Рязань безбожнымъ и поганымъ Татаромъ вземшемъ, поидоша къ Володимирю множство кровопролитець крестьяньскыя кръви. Князь же Юрьи выступи изъ Володимиря и бѣжа на Ярославль, а въ Володимири затворися сынъ его Всеволодъ съ матерью и съ владыкою и со всею областию своею. Безаконьнии же Измаильти приближишася къ граду, и оступиша градъ силою, и отыниша тыномь всь. И бысть на заутрье, увидѣ князь Всеволодъ и владыка Митрофанъ, яко уже взяту быти граду, внидоша въ церковь святую Богородицю, и истригошася вси въ образъ, таже въ скиму, от владыкы Митрофана, князь и княгыни, дчи и сноха, и добрии мужи и жены. И яко уже безаконьнии приближишася, поставивше порокы, взяша град и запалиша и огнемь, в пяток преже мясопустныя недѣли. И увидѣвше князь и владыка и княгыни, яко зажженъ бысть градъ, а людье уже огнемь кончаваются, а инии мечемь, вбѣгоша въ святую Богородицю и затворишася в полатѣ. Погании же, отбивше двьри, зажгоша церковь, наволочивше лѣса, и издвушиша вся: ти тако скончашася, предавше душа своя господеви; инии же погнашася по Юрьи князи на Ярославль. Князь же Юрьи посла Дорожа въ просокы въ 3-хъ 1000-хъ; и прибѣжа Дорожь, и рече: «а уже, княже, обишли нас около». И нача князь полкъ ставити около себе, и се внезапу Татарове приспѣша; князь же не успѣвъ ничтоже, побѣже; и бы на рѣцѣ Сити, и постигоша и, и животъ свои сконча ту. Богъ же вѣсть, како скончася: много бо глаголють о немь инии. Ростовъ же и Суждаль разидеся розно. Оканьнии же они оттолѣ пришедше, взяша Москву, Переяславль, Юрьевъ, Дмитровъ, Волокъ, Тфѣрь; ту же и сынъ Ярославль убиша. Оттолѣ же придоща безаконьнии, и оступиша Торжекъ на сборъ чистои недѣли, и отыниша тыномь всь около, якоже инии гради имаху; и бишася ту оканнии порокы по двѣ недѣли, и изнемогошася людье въ градѣ, а из Новагорода имъ не бы помочи, но уже кто же собѣ сталъ бѣ в недоумении и страсѣ; и тако погании взяша градъ, и исѣкоша вся147 от мужьска полу и доженьска, иерѣискыи чин всь и черноризьскыи, а все изъобнажено и поругано, горкою и бедною смертью предаша душа своя господеви, мѣсяца марта въ 5, на память святого мученика Никона, въ среду средохрестьную. Туже убьени быша Иванко, посадникъ новоторжьскыи, Якимъ Влоуньковичь, Глѣбъ Борисовичь, Михаило Моисиевичь. Тогда же ганяшася оканьнии безбожници от Торжку Серегѣрьскымъ путемь оли и до Игнача148 креста, а все люди сѣкуще акы траву, за 100 верстъ до Новагорода. Новѣгородѣ же заступи богъ и святая великая и зборная апостольская церкы святая Софья и святый Кюрилъ и святыхъ правовѣрныхъ архиепископъ молитва и благовѣрныхъ князии и преподобьныхъ черноризець иерѣискаго сбора. Да кто, братье и отци и дѣти, видѣвше божие попущение се на всеи Русьскои земли149. Грѣхъ же ради нашихъ попусти богъ поганыя на ны. Наводить богъ, по гнѣву своему, иноплеменьникы на землю, и тако съкрушеномъ имъ въспомянутся къ богу. Усобная же рать бываеть от сважения дьяволя: богъ бо не хощеть зла въ человъцѣхъ, но блага; а дьяволъ радуется злому убииству и кровопролитию. Земли же сгрѣшивши которои, любо казнить богъ смертью или гладомъ или наведениемь поганыхъ или ведромь или дъждемь силнымь или казньми инѣми, аще ли покаемся и в нем же ны богъ велить жити, глаголеть бо к намъ пророкомь: обратитеся ко мнѣ всѣмь сердцемь вашимь, постомь и плачемь, да еще сице створимъ, всѣхъ грѣхъ прощени будемъ. Но мы на злая възврашаемся, акы свинья валяющеся в калѣ грѣховнѣмь присно, и тако пребываемъ; да сего ради казни приемлемъ всякыя от бога, и нахожение ратныхъ; по божию повелению, грѣхъ ради нашихъ казнь приемлемъ.

В лѣто 6747. Оженися князь Олександръ, сынъ Ярославль в Новѣгородѣ, поя в Полотьскѣ у Брячьслава дчерь, и вѣнчася в Торопчи; ту кашю чини, а в Новѣгородѣ другую. Того же лѣта князь Александръ с новгородци сруби городци по Шелонѣ.

В лѣто 6748. Придоша Свѣи в силѣ велицѣ, и Мурмане, и Сумь, и Ѣмь в кораблихъ множьство много зѣло; Свѣи съ княземь и съ пискупы своими; и сташа в Невѣ устье Ижеры, хотяче всприяти Ладогу, просто же реку и Новъгород и всю область Новгородьскую. Но еще преблагыи, премилостивыи челоѣколюбець богъ ублюде ны и защити от иноплеменьникъ, яко всуе трудишася без божия повеления: приде бо вѣсть в Новѣгородѣ, яко Свѣи идуть къ Ладозѣ. Князь же Олександръ не умедли ни мало с новгородци и с ладожаны приде на ня, и победи я силою святыя Софья и молитвами владычица нашея богородица и приснодѣвица Мария, мѣсяца июля въ 15, на память святого Кюрика и Улиты, в недѣлю на Сборъ святыхъ отець 630, иже в Халкидонѣ; и ту бысть велика сѣча Свѣемъ. И ту убиенъ бысть воевода ихъ, именемь Спиридонъ; а инии творяху, яко и пискупъ убьенъ бысть ту же; и множество много ихъ паде; и накладше корабля два вятшихъ мужь, преже себе пустиша и к морю; а прокъ ихъ, ископавше яму, вметаша в ню бещисла; а инии мнози язвьни быша; и в ту нощь, не дождавше свѣта понедѣльника, посрамлени отъидоша. Новгородець же ту паде: Костянтинъ Луготиниць, Гюрята Пинещиничь, Намѣсть, Дрочило Нездыловъ сынъ кожевника, а всѣхъ 20 мужь с ладожаны, или мне150, богъ вѣсть. Князь же Олександръ съ новгородци и с ладожаны придоша вси здрави въ своя си, схранени богомь и святою Софьею и молитвами всѣхъ святыхъ. Того же лѣта взяша Нѣмци, медвѣжане, юрьевци, вельядци с княземь Ярославомь Володимиричемь Изборьско. И приде вѣсть въ Пльсковъ, яко взяша Нѣмци Изборьскъ; и выидоша пльсковичи вси, и бишася с ними, и побѣдиша я Нѣмци. Ту же убиша Гаврила Горислалича воеводу; а пльсковичь гоняче, много побиша, а инѣхъ руками изъимаша. И пригонивше подъ городъ, и зажгоша посадъ всь; и много зла бысть: и погорѣша церкы и честныя иконы и книгы и еуангелия151; и много селъ попустиша около Пльскова. И стояша подъ городомь неделю, но города не взята; но дѣти поимаша у добрыхъ мужь в тали, и отъидоша проче; и тако быша безъ мира: бяху бо перевѣть держаче с Нѣмци пльсковичи, и подъвели ихъ Твердило Иванковичь съ инѣми, и самъ поча владѣти Пльсковомь с Нѣмци, воюя села новгородьская; а инии пльсковичи вбѣжаша в Новѣгородѣ с женами и с дѣтьми. В то же лѣто, тои же зимы выиде князь Олександръ из Новагорода къ отцю в Переяславль съ матерью и с женою и со всѣмь дворомь своимъ, роспрѣвъся с новгородци. Тои же зимы придоша Нѣмци на Водь с Чюдью, и повоеваша и дань на нихъ възложиша, а городъ учиниша в Копорьи погостѣ. И не то бысть зло, но и Тесовъ взяша, и за 30 верстъ до Новагорода ганяшася, гость биюче; а сѣмо Лугу и до Сабля. Новгородци же послаша къ Ярославу по князя, и дасть имъ сына своего Андрѣя. Тогда же сдумавше новгородци, послаша владыку с мужи опять по Олександра; а на волость Новгородьскую наидоша Литва, Нѣмци, Чюдь, и поимаша по Лугѣ вси кони и скоть, и нелзѣ бяше орати по селомъ и нѣчимь, олна вда Ярославъ сына своего Александра опять.

В лѣто 6749. Приде Олександръ князь в Новѣгородѣ, и ради быша новгородци. Того же лѣта поиде князь Олександръ на Нѣмци на городъ Копорью, с новгородци и с ладожаны и с Корѣлою и съ Ижеряны, и взя городъ, а Нѣмци приведе в Новѣгородѣ, а инѣхъ пусти по своеи воли; а Вожанъ и Чюдцю перевѣтникы извѣша.

В лѣто 6750. Поиде князь Олександръ с новгородци и с братомь Андрѣемь и с низовци на Чюдьскую землю на Нѣмци и зая вси пути и до Пльскова; и изгони князь Пльсковъ, изъима Нѣмци и Чюдь, и сковавъ поточи в Новѣгородѣ, а самъ поиде на Чюдь. И яко быша на земли, пусти полкъ всь в зажития; а Домашь Твердиславичь и Кербетъ быша в розгонѣ, и усрѣтоша я Нѣмци и Чюдь у моста, и бишася ту; и убиша ту Домаша, брата посаднича, мужа честна, и инѣхъ с нимь избища, а инѣхъ руками изъимаша, а инии къ князю прибѣгоша в полкъ; князь же въспятися на озеро, Нѣмци же и Чюдь поидоша по нихъ. Узрѣвъ же князь Олександръ и новгородци, поставиша полкъ на Чюдьскомь озерѣ152, на Узмени, у Воронѣя камени; и наѣхаша на полкъ Нѣмци и Чюдь прошибошася свиньею сквозѣ полкъ, и бысть сѣча ту велика Нѣмцемь и Чюди. Богъ же и святая Софья и святою мученику Бориса и Глѣба, еюже ради новгородци кровь свою прольяша, тѣхъ святыхъ великыми молитвами пособи богъ князю Александру; а Нѣмци ту падоша, а Чюдь даша плеща; и, гоняче, биша ихъ на 7-ми верстъ по леду до Суболичьскаго берега; и паде Чюди бещисла, а Нѣмець 400, а 50 руками яша и приведоша в Новѣгородѣ. А бишася мѣсяца априля въ 5, на память святого мученика Клавдия, на похвалу святыя Богородица, в суботу. Того же лѣта Нѣмци прислаша с поклономь: «безъ князя что есмы зашли Водь, Лугу, Пльскову Лотыголу мечемь, того ся всего отступаемъ; а что есмы изъимали мужии вашихъ, а тѣми ся розмѣнимъ: мы ваши пустимъ, а вы наши пустите»; и таль пльсковьскую пустиша и умиришася. Того же лѣта князь Ярославъ Всеволодичь позванъ цесаремь татарьскымь Батыемь, иде к нему въ Орду.

В лѣто 6751. Преставися рабъ божии Варламъ, а мирьскы Вячеславъ Прокшиничь, на Хутинѣ у святого Спаса153, мѣсяца маия въ 4; а погребенъ бысть заутра, въ 5, на память святыя Ирины, архиепископомь Спиридономь и игуменомь Сидоромь, при князи Александрѣ. Того же мѣсяца въ 18, на память святого мученика Александра, явися знаменье въ Пльсковѣ у святого Иоана в манастыри, от иконы святого Спаса надъ гробомь княгыниномь Ярославлеѣ Володимирича, юже уби свои пасынокъ в Медвѣжи головѣ: иде мюро от иконы по 12 днии, наиде 4 вощаници яко въ стькляницю; и привезоша в Новѣгородѣ двѣ на благословение, а въ Пльсковѣ оставиша двѣ собѣ. Но, господи, слава тобѣ, давыи намъ недостоинымъ и грѣшнымъ рабомъ своимъ таково благословение; на тя уповаемъ, господи вседержателю, яко призираеши на нас убогыхъ своею многою милостью, человѣколюбче. Того же лѣта, мѣсяца августа въ 16 преставися рабъ божии Стефанъ, посадникъ новгородьскыи, Твердиславичь, внукѣ Михалковъ, в недѣлю, въ 1 час ночи на память святою Павла и Ульяны, въ притворѣ святыя Софья, идеже Аркадии и Мартурии архиепископа лежита; посадничавъ 13 лѣт безъ 3 мѣсяць.

В лѣто 6752. Преставися княгыни Ярославляя, постригшися у святого Георгия в манастыри; ту же и положена бысть, сторонь сына своего Федора, мѣсяца майя въ 4, на память святыя Ирины; наречено бысть имя еи Ефросинья.

В лѣто 6753. Воеваша Литва около Торжку и Бѣжици; и гнашася по нихъ новоторжди съ княземь Ярославомь Володимиричемь и бишася с ними; и отъяша у новоторжцевъ кони, и самѣхъ биша, и поидоша с полономь проче. Погониша по нихъ Явидъ и Ербетъ со тфѣричи и дмитровци, и Ярославъ с новоторжьци; и биша я подъ Торопчемь, и княжици ихъ въбѣгоша в Торопечь. Заутра приспѣ Александръ с новгородци, и отяша полонъ всь, а княжиць исѣче или боле 8. И оттолѣ новгородця въспятиша; а князь погонися по нихъ съ своимь дворомь, и би я подъ Зижьчемь, и не упусти ихъ ни мужа, и ту изби избытокъ княжичь; а самъ поима сына своего из Витебьска, поѣха в малѣ дружинѣ, и срѣте иную рать у Въсвята; и ту ему богъ поможе, и тѣхъ изби, а самъ приде сдравъ и дружина его.

В лѣто 6754. Поѣха князь Олександръ в Татары.

В лѣто 6755. Преставися рабъ божии Костянтинъ Вячеслаличь, а чернечьское имя Анкюдинъ; и положенъ бысть честно у девятого Спаса на Хутинѣ...

Примечания

1. Буква и неясна.

2. Перед словом не были написаны какие-то буквы, по-видимому его; видны следы букв го.

3. Буква б неясна.

4. В рукописи по описке Всеволоде.

5. В рукописи засекли засекли.

6. Правый нижний угол с вырезами. Текст написан после того, как угол был вырезан.

7. В рукописи ппа и с над строкой под дугой.

8. В рукописи ппа и с над строкой под дугой.

9. В К того же лѣта преставися.

10. Буква а переделана из ъ.

11. В рукописи кые.

12. В Новгородской 4-й летописи бивше мало не до смерти.

13. Буква и, кажется» переделана из ю.

14. Можно прочесть также леиву.

15. В строке смольнь и с над строкой.

16. В листе отверстие, существовавшее до того, как был написан текст.

17. Последняя буква неясна.

18. На месте буквы и пятно.

19. Первая буква стерлась.

20. Буква а переделана из ъ.

21. В строке роускы и с над строкою под дугой.

22. Верхняя горизонтальная черта в букве ъ едва заметна.

23. В рукописи муж.

24. В рукописи изяславлявляя.

25. Между буквами кые и буквами ѣ оставлено чистое место, вероятно, потому, что в этом месте поверхностный слой листа содран.

26. Между буквами по и бѣ в листе отверстие.

27. В строке люи и д над строкой.

28. В рукописи по описке зда.

29. В К Смоленьску.

30. Можно прочесть также и с Кыева.

31. В рукописи гергия.

32. В рукописи по описке дужину.

33. Буква о переделана, невидимому, из с, а буква ш из ч или т.

34. Буква о, возможно, переделана из буквы р.

35. В рукописи ладоугоу.

36. Буква а (перед н) неясна.

37. В строке гра и д над строкой под дугой.

38. Буква а неясна.

39. В рукописи по описке наворониша.

40. В рукописи црця с титлом; испр. по КА.

41. В рукописи пра.

42. В рукописи митрополититъ.

43. В рукописи ру.

44. Так в рукописи; ниже под 6706 г. устерегошася.

45. В К также они.

46. В рукописи не дошедъшедъше.

47. Последняя буква неясна.

48. В рукописи иле

49. В рукописи рюрюкъ

50. Второе о переделано из в.

51. Первое я переделано из р.

52. Внизу на полях другою рукою иосифа.

53. Последние две буквы неясны.

54. Буква р переделана из какой-то другой буквы.

55. В рукописи м.

56. В рукописи мольньска.

57. От слов съ Бѣлее начинается другой почерк.

58. Справа что-то написано другими чернилами и почерком и смазано: можно разобрать: и ван.

59. Вторая и третья буквы неясны; можно также читать с Толбовиця.

60. Далее следует обширная повесть о взятии крестоносцами Царьграда. О ней см. Ф.И. Успенский, История крестовых походов, СПб., 1901 г., стр. 139: М.Н. Сперанский. Из старинной новгородской литературы XIV века, Л., 1934 г. С. 39.

61. Вт. III ПСРЛ, на стр. 27сделано примечание: «Здесь нечто пропущено. Далее следует не продолжение речи Алексия, но увещание крестоносцам императора Филиппа или папы Иннокентия III»... и т. д.

62. В рукописи по описке можа; испр. по КА.

63. В К бысть снемъ.

64. В К бысть снемъ.

65. Буква ъ неявна.

66. В рукописи от.

67. О монастыре Спаса Евергета по Испигасе см. Путешествие новгор. архиеп. Антония в Царьград в конце 12-го столетия, изд. П. Савваитова, СПб., 1872 г., прим. 151 и 12.

68. В рукописи нихъхъ.

69. В строке пути и над строкой под дугой буква с.

70. В К великаго.

71. В К угониша.

72. В рукописи тягло, вероятно» по описке; в К тябло.

73. Можно прочесть также 2 Икондофъ.

74. В т. III ПСРЛ на стр. 29 сделано следующее примечание: «Здесь исчислены три главные предводителя рати крестоносцев: Фландрский граф Болдуин, Монфератский маркиз Вонифатий и Венецианский дож Дандоло. «Икондофъ Офланъдръ, Кондофларендъ» и проч. происходят от conto di Flandria; comte de Flandre; «маркосъ» — от marchio, marchisus (по Дюканжу marcae vel marchae seu provinciae limitaneae praefectus); «дужъ» от dux. В рукописных Хронографах (Синод, библ. № 151 и 342) встречаются: «Болдовин отъ Филандрии, Филандринъ и Фляндер» и «Вонифатий маркесъ». «Дедрикъ», вероятно, есть Феодорик Готский».

75. Можно прочесть также Судъ.

76. Буква а переделана, из буквы ъ.

77. Можно прочесть также с.

78. В рукописи собоюю.

79. Так в рукописи, вместо яко.

80. Вероятно, по описке вместо пойдете. В А пойдете.

81. В рукописи кость очевидно по описке.

82. В рукописи моуж.

83. В рукописи иде на.

84. В рукописи къгда. В КА тогда.

85. В рукописи дне с титлом.

86. Буква ъ неясна.

87. Нижний угол листа срезан еще до того, как был написан текст.

88. Буква п переделана из н.

89. Буква о переделана из ъ.

90. В рукописи правд.

91. Между свои и Ярослава вставлено позднее, вероятно» на. Можно прочесть только я. В КАТ на.

92. В строке четвь и к над строкой под дугой.

93. Здесь — пропуск. В Новг. 4-й летописи читаем: отвѣщав же Юрьи: одинъ есмь брать съ Ярославомъ. И посласта къ Ярославу, глаголюще: пусти мужи новгородца и новоторжци и т. д.

94. Возможно — описка. В А отвѣщаша.

95. Так в рукописи. Ст. выше под 6717 г.

96. В А и повязаных; Ярославъ же въбѣгь и т. д.

97. В А и повязаных; Ярославъ же въбѣгь и т. д.

98. В рукописи новородьць.

99. В рукописи в строке милкови и буквы х и ц над строкой под дугой.

100. В рукописи по описке неяхаша. В А наѣхаша.

101. Буква с переделана из подскобленной буквы х.

102. В строке поуи, а над строкой с под дугой.

103. В строке поуи, а над строкой с под дугой.

104. В рукописи всѣводъъ.

105. В КАТ заслаша.

106. В КАТ не пустити. Так можно читать и в С: в рукописи поусти.

107. Лист у буквы ъ продран.

108. В КАТ къ святому спасу. В Новг., 4-й летописи и седѣ у святого Спаса.

109. Первое о переделано из р.

110. Здесь текст неисправен. В К а даи богъ его святою молитвою князю и всѣмъ новгородцемъ многа лѣта.

111. Перед словом кланяхутся в листе трещина, существовавшая до того, как был написан текст.

112. Между буквами по и слаша в листе трещины, существовавшие до того, как был написан текст.

113. Так в рукописи, по-видимому, по описке.

114. В рукописи придоша. В К проидоша.

115. В рукописи быс.

116. Буква в переделана, невидимому, из г.

117. В рукописи ни. В Л нъ.

118. Буква и переделана, по-видимому, из букв х и ы.

119. В рукописи мене сынъ, причем слово сынъ смазано. В КА сынъ нет.

120. В рукописи тьржоу.

121. В рукописи конц.

122. Первоначально было написано малышевицъ, но последние буквы переделаны на ъ въ.

123. В КАТ даи.

124. Буква о неясна.

125. Перед буквой ѣ и перед буквой с были написаны и смыты какие-то две буквы.

126. В рукописи оставъшеся ижеряне оставъшеся.

127. В рукописи поиду, очевидно, по описке.

128. В рукописи буква л переделана из какой-то другой буквы, возможно, из буквы д.

129. В рукописи отяшатяша.

130. Буква в переделана из буквы и.

131. В рукописи рзѣхъ.

132. Буква ц неясна.

133. Нижний правый угол листа срезан до того, как был написан текст.

134. В рукописи пропрокшинъ.

135. Буква ш над строкой. В А имъше.

136. Буква я неясна.

137. В рукописи учамъ.

138. В рукописи брта брта.

139. По сторонам и вверху букв зьмь начертаны киноварью три креста.

140. Здесь в Синодальном списке пропуск. В К и быша в Буици, селъ святого Георгиа, и оттолѣ въспятися назадъ князь Святославъ в Русь.

141. Последние три буквы восстанавливаются предположительно.

142. Правый край листа полукругом вырезан до того, как был написан текст (край шкуры).

143. Буква и неясна.

144. От слов 10 мужь текст писан другим (третьим) почерком и другими чернилами.

145. На нижнем поле листа другим почерком и чернилами помоги.

146. Между словами москвичи же и ничегоже оставлено чистое место, около половины строки, причем лист протерт; возможно, первоначально было написано какое-то слово и выскоблено. В КАТ после москвичи же написано побѣгоша.

147. В рукописи вся вся.

148. Справа в листе небольшая трещина, существовавшая до того, как бил написан текст, и следы подшивки.

149. Здесь пропуск; в Софийской 1-й летописи и не плачеться.

150. В КТ менши.

151. Буква у переделана из какой-то другой буквы.

152. Внизу на полях другим почерком и чернилами богъ намъ п.

153. После слова Спаса было что-то написано теми же чернилами и крестом зачеркнуто друими чернилами.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика