Александр Невский
 

XXIV. В народе — сила

Великий Новгород встретил князя своего, Александра Ярославина, с искренней радостью и почетом. Толпы народа встречали его дружину, кричали ему славу, бросали вверх шапки. Князь видел лица простых людей, плакавших от радости и восторга. В церквах звонари били в колокола столь ревностно и старательно, словно князь возвращался не из изгнания, а со славной победоносной рати. Тысячи рук тянулись к нему, обещая свою поддержку, сотни глоток вопили: «Мы с тобой, Ярославич! Веди-и нас!»

И в сердце Александра поднималось высокое чувство благодарности к своему народу за веру и любовь к нему — своему князю. Он понимал, что именно в народе его сила и грядущие победы. Он понимал теперь, что должен только побеждать, ибо сила, поднявшая его ввысь, непобедима.

Князь Александр проехал на Вечевую площадь, поднялся на степень в сопровождении Степана Твердиславича и брата его — воеводы Домаша Твердиславича.

Вся площадь была запружена народом. Да что площадь, все пространство меж церквами, торжище вплоть до Волхова были заполнены ликующими новгородцами.

Князь шагнул к краю степени, поднял правую руку, приветствуя народ, и тут же поклонился, опустив руку едва не до полу. Повернулся в другую сторону — поклонился, в третью — тоже.

Новгородцы, любившие к себе почтение, вскричали в ответ так громко и радостно, что вспугнули стаи галок с церквей:

— Слава-а князю нашему-у! Слава-а!

Долго ждал князь, пока немного утихнет народ. Наконец заговорил:

— Здравствуйте, господа новгородцы! Рад зреть вас в добром здравии и прежней силе. Прибыл я по зову вашему и велению великого князя. И дабы впредь друг на друга обид не иметь, ни явных, ни тайных, сам я в верности клянусь бескорыстной, с вас же слово беру о вере мне безоглядной.

— Верим! — грянула площадь, и над толпой взметнулись мечи, копья.

Александр дождался, когда площадь приутихла, и закончил:

— Вашим словом и именем беру на себя отныне суд и правёж над переветчиками и смутьянами. Для них у меня будет один приговор…

Князь обвел горящим взором площадь, поднял руку, но не успел ее опустить и сказать еще, как за него выдохнула толпа:

— Сме-ерть!

После Вечевой площади было благословение владыки, и лишь после всего этого князь отправился наконец на Городище. Княгиня с сыном давно уже проехали туда.

Едва князь Александр въехал в ворота, как увидел бегущего ему навстречу брата Андрея. Александр соскочил с коня, подхватил налетевшего на него мальчика под мышки и подкинул вверх.

— Ну как ты здесь, брат, княжишь?

— А чего? Ничего мудреного, — сказал Андрей, тряхнув кудрями. — Все твоих супротивников в поруб упрятал.

— Молодец! — похвалил его Александр. — Славно управился.

Князь увидел Мишу Стояныча, шедшего от гридницы. Он, как всегда, широко и радостно улыбался.

— Здравствуй, Ярославич! Наконец-то.

— Ну что, Миша, чем обрадуешь?

— Невелика радость переветчиков по темницам сажать, князь. Но я считал сие полезным.

— Спасибо, спасибо, Миша. Сколько их там у тебя?

— Шестеро во главе с Гостятой.

— По чьему приговору брал?

— Гостяту вече приговорило, остальных — бояре, когда к тебе владыку слали. Не желаешь ли поговорить с ними?

— О чем?

— Ну о чем? — замялся Миша. — О чем хошь. Вот, наприклад1, когда ливонцы близко подошли, Гостята пытался им бересту переслать.

— Грамоту? Какую?

— Вот, чти сам, — Миша протянул бересту, — сторож передал. Через него хотел Гостята переслать.

Александр развернул бересту, читал молча, нахмурив брови. Прочитав, протянул Мише.

— Бересту в огонь, Гостяту — в петлю.

— Правильно, Ярославич. Я тоже так мнил.

— Всех вместе. И немедля.

— А где, Ярославич? Здесь?

— Нет, везите на Торг, там и вздернете, объявив вины. Принародно.

Князь, держа за руку Андрея, направился к сеням.

Примечания

1. Наприклад — например.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика