Александр Невский
 

Состояние Руси во второй четверти XIII века

Отсутствие политического единства было одной из главных отличительных черт Руси второй четверти XIII века.

Огромное и могучее Киевское государство, объединявшее русский народ в период раннего феодализма IX—XI веков, распалось. Наступил период феодальной раздроблённости.

Чем же было вызвано политическое дробление прежде единого Киевского государства?

На основе все возраставшего феодального подчинения крестьянских хозяйств и закрепощения крестьян выросли крупные земельные феодальные хозяйства. Они группировались вокруг более крупного феодала — князя. Вместе с тем вырастали новые местные политические, военные, административные и экономические центры — города с их ремесленным и торговым населением. В городах же обыкновенно находился и двор князя. Так создались на Руси феодальные «полугосударства»1, которые постепенно приобретали все большую политическую силу. В результате слабого в то время общественного разделения труда эти полугосударства не были связаны между собой общим рынком. Экономические связи в основном не выходили за рамки того или другого княжества. Из экономической раздроблённости страны закономерно вытекала раздроблённость политическая. Возросшая экономическая и политическая сила отдельных княжеств дала им возможность освободиться от зависимости по отношению к общему политическому центру. Княжества стали жить своими собственными политическими интересами.

Начало феодальной раздроблённости относится к XI веку. Уже в 1097 году на съезде князей, происходившем в Любече, было окончательно признано обособление отдельных русских земель в качестве наследственных княжеских владений.

К середине XII века процесс обособления отдельных княжеств Киевского государства значительно усилился.

Раньше всего обособилась Черниговщина, затем Полоцк и, наконец, Галицкая, Волынская, Ростово-Суздальская, Новгородская, Смоленская земли. Они перестали признавать власть киевского князя.

Между князьями обособившихся маленьких государств начались бесконечные распри и вооружённые столкновения на почве частных интересов того или иного княжества.

Вместе с усилением феодальной раздроблённости росла и классовая борьба внутри княжеств.

Бояре, владельцы крупных земельных угодий, стремились ограничить или свести на нет княжескую власть над собой, сделать свои владения наследственными «вотчинами».

Ремесленное население городов и крестьяне-смерды подвергались со стороны бояр всё более жестокой эксплуатации. Это порождало со стороны смердов и ремесленников недовольство и вызывало восстания.

В борьбе против бояр крестьяне и ремесленники искали поддержку у князя. Опираясь на недовольство этих масс, на среднее и мелкое служилое боярство, князья в ряде случаев успешно боролись с крупными боярами.

Ростом своей политической и экономической власти князь пользовался для расширения княжества за счёт соседей. Он стремился стать «великим князем», то есть создать феодальное полугосударство, которому были бы подчинены другие княжества.

В начале XIII века на территории Руси возникли три наиболее крупных феодальных полугосударства: Владимиро-Суздальское на северо-востоке, Галицко-Волынское на юго-западе и Новгородское на северо-западе.

Владимиро-суздальский князь Всеволод Большое Гнездо к началу XIII века с помощью городов и служилого боярства сломил сопротивление крупных бояр и значительно расширил пределы своего княжества. Помимо Владимира на Клязьме, Ростова, Суздаля и Переяславля Залесского, вошедших в состав самого княжества, в зависимости от Владимиро-Суздальского князя находился ещё ряд других городов и княжеств. Всеволод первым из русских князей объявил себя великим князем.

Галицко-Волынское княжество сложилось в конце XII века, когда волынский князь Роман завладел Галичем и присоединил его к своему княжеству. Галичское крупное боярство являлось настолько значительной силой, что только сыну Романа — Даниилу — удалось сломить сопротивление бояр. После этого Даниил, опираясь на города и служилое боярство, не только отстоял в XIII веке своё княжество от натиска Польши и Венгрии, но и значительно расширил его за счёт Литвы.

Новгород в начале XIII века вырос в крупную боярскую феодальную республику. Границы новгородских владений в XIII веке простирались от Финского залива до Уральских гор и от Белого моря до верховьев Волги. Высшим органом власти в Новгороде было вече, которое избирало органы исполнительной власти, издавало законы, объявляло войну или мир и решало другие важные государственные дела. Фактически же. Новгородом правили бояре — крупные землевладельцы. Вече служило в основном их интересам и отнюдь не было демократическим органом.

В состав новгородских владений входил ряд прилегавших к Новгороду городов и обширные земли на севере Руси. От Новгорода зависели также и земли в Прибалтике и Финляндии.

Князь, как правило, не имел в Новгороде политической и экономической власти. Он приглашался на договорных началах как военный организатор, в XIII веке преимущественно на северо-восточной Руси, из княжества Владимирского.

Князья часто менялись. С 1215 по 1236 годы в Новгороде сменилось тринадцать князей. Не только владимирские, но и смоленские, черниговские и волынские князья стремились заполучить щедро оплачиваемое княженье в Новгороде и соперничали в этом между собой.

Выделение в XIII веке трёх крупных феодальных полугосударств, наличие ряда более мелких княжеств, зависевших от них и стремившихся от этой зависимости освободиться, борьба этих феодальных образований между собой — всё это являлось ярким выражением политической раздроблённости Руси.

Феодальная раздробленность, многочисленные почти беспрерывные войны между князьями, борьба бояр с князьями сильно ослабляли Русь и затрудняли её оборону против внешних врагов.

Враги Руси широко этим пользовались. В XII и начале XIII веков большая часть русских княжеств вела тяжёлую борьбу с кочевавшими на юго-востоке и юге России половцами. Память об этой борьбе сохранилась в знаменитом «Слове о полку Игореве», замечательном поэтическом произведении и крупнейшем документе русской военной мысли.

В конце первой четверти XIII века на Русь надвинулось новое бедствие — нашествие монголо-татар.

В XII веке монголы кочевали в степях Восточной Сибири и Монголии. Главным занятием монголов было скотоводство. В социально-экономическом отношении они переживали в то время период перехода от родового строя к феодализму.

В раннем монгольском феодализме сохранялось еще много черт родового строя. От раннего феодализма оседлых народов он отличался значительным своеобразием. Чтобы отразить это своеобразие, ранний монгольский феодализм принято называть «кочевым».

Переход к кочевому феодализму означал начало классового расслоения среди монголов. С одной стороны, выделилась правящая верхушка — владельцы крупных стад скота и пастбищных угодий («нойоны»), с другой, — эксплуатируемая масса («харачу»).

В начале XIII века монголы объединились под властью. Темучина, впоследствии известного под именем Чингис-хана. Русским монголы стали известны под названием татар.

Располагая многочисленной конницей, они покорили народы Сибири, Северного Китая и Средней Азии и проникли в половецкие степи на юго-востоке Руси.

Половецкий хан Котян обратился за помощью к русским князьям. В 1223 году соединённые войска русских князей и половцев двинулись против татар и встретились с ними на реке Калке. В бою участвовали не все русские князья, да и между участниками не было согласия. К тому же и половцы в начале битвы обратились в бегство. Татары одержали победу.

Поражение войск русских князей на Калке явилось следствием отсутствия единства между русскими князьями, но не результатом превосходства военного искусства татаро-монгол над русским военным искусством.

Битва на Калке оказалась лишь предвозвестницей татарского нашествия на Русь.

В 1237 году Батый вторгся в пределы Руси, овладел Рязанью, завоевал Владимирское княжество и, лишь немного не дойдя до Новгорода, повернул обратно.

В 1240 году Батый предпринял второй поход, овладел Киевом, а оттуда двинулся на запад через Волынь, Галичину, Польшу, Венгрию. Разгромив русские, польские и венгерские войска, Батый не рискнул, однако, идти в Чехию, так как был сильно ослаблен упорным сопротивлением русских. Так русский народ, приняв на себя основной удар Батыя, спас страны Западной Европы от татарского разорения.

Побыв некоторое время на Балканах, татары в 1242 году вернулись в южно-русские степи. Там они образовали своё феодальное государство — улус Джучи или Синюю орду (по-русски Золотую Орду) — со столицей Сарай на Волге.

Итак, несмотря на героическое сопротивление русского народа, в результате феодальной раздроблённости и отсутствия у русских политического единства, Русь была завоёвана татарами и стала жертвой жестокого и наглого завоевателя.

Нашествие сопровождалось небывалым разорением почти всей Руси, за исключением Новгорода и некоторых княжеств. Относительно густо по тому времени населённые возделанные земли обезлюдели; огромное количество населения было перебито татарами, уведено ими в плен или укрывалось в лесах и топях.

Войны Батыя носили грабительский, хищнический характер и являлись в своей основе глубоко реакционными.

Производительные силы Руси были надолго подорваны. Цветущие города — главные очаги русской культуры — уничтожены, пашни заброшены.

К. Маркс писал: «Это иго не только давило — оно оскорбляло и иссушало самую душу народа, ставшего его жертвой»2.

Еще более тяжёлыми оказались последствия хозяйничанья татар на русской земле. Экономический и культурный упадок Руси после татарского нашествий не мог быть быстро ликвидирован, так как русские князья стали вассалами Золотой Орды. На завоёванные земли была наложена тяжёлая дань — «выход», большие натуральные повинности. Богатства, создававшиеся тяжким трудом феодального крестьянства, шли в основном не на экономическое и культурное восстановление Руси, а на уплату дани татарам и удовлетворение возросших потребностей русских феодалов.

В то же время княжеские междоусобицы не прекращались. Татары всячески поощряли их, натравливая князей друг на друга, не давая возможности кому-либо из них усилиться.

Это была традиционная политика татар, которая была им выгодна, так как прочность их владычества основывалась на розни русских князей.

Тяжёлым положением, создавшимся на Руси в результате монголо-татарского ига, не замедлили воспользоваться и другие внешние враги русского народа. Главную опасность представляла тогда угроза нападения с Запада, со стороны рыцарей Ливонского ордена.

Рыцари Ливонского ордена заключили союз со шведскими и датскими рыцарями о совместном нападении на Русь. Они ставили себе задачей в первую очередь захватить Псковскую и Новгородскую земли. Союз вдохновлялся римским папой, который хотел обратить русских людей в католичество. Со всех католических стран папа получал огромные доходы в виде податей (десятины) и иными путями.

В начале XIII века из русских княжеств и земель Галичина и Волынь непосредственно граничили со странами, находившимися под папским влиянием (Венгрия, Польша).

На севере Русь была отделена от этих стран прибалтийскими землями, населёнными языческими литовскими и финскими племенами.

Прежде чем распространить своё влияние на Русь, захватчикам необходимо было подчинить себе и земли Прибалтики. Прибалтийские племена в основном уже миновали первобытно-общинный строй, но политически были ещё разобщены. Литва хотя и представляла собой единое княжество, но была невелика по размерам, имела немногочисленное войско и не могла дать должного отпора иноземным захватчикам.

В XI веке в Прибалтике начали появляться купцы из Германии и Швеции. В дальнейшем через Прибалтику и Новгород западноевропейские купцы завязали регулярную торговлю с Русью и Востоком. Эти торговые сношения сыграли роль разведки. Они ознакомили западную Европу с Прибалтикой, её богатствами и силой сопротивления прибалтийских племён.

В конце XII века в Прибалтику прибыли уже католические миссионеры. Это были целые военные экспедиции. Они занялись крещением проживавших там племён леттов, куронов, пруссов, жмуди, эстов и ливов. Но, несмотря на отсутствие политического единства, племена эти оказали миссионерам сильный отпор.

Для окончательного покорения Прибалтики римский папа Иннокентий III организовал крестовый поход. В 1200 году большое крестоносное воинство появилось в Ливонии и начало огнём и мечом обращать население в католичество, захватывать земли и превращать ливов в своих данников и рабов.

Невыносимый гнёт крестоносцев неоднократно вызывал восстания ливов. Для удержания «крестников» в повиновении с благословения римского лапы была создана в 1202 году монашеско-рыцарская военная организация — Орден меченосцев. Орден должен был играть роль постоянного войска. По тому времени он представлял собой значительную силу3.

С помощью этого ордена, не стеснявшегося в применении самых диких средств, заселённые ливами земли были в 1208 году завоёваны рыцарями.

Утвердившись в Ливонии, меченосцы примерно с 1212 года принялись за завоевание территории, населённой эстами (русские в то время называли их «чудь»).

Как и ливы, эсты были насильно обращены в католичество. Для удержания ливов и эстов в покорности в Эстонии и Ливонии были построены укреплённые города и многочисленные замки, занятые гарнизонами захватчиков. Для управления местным населением, а, главное, его эксплуатации, рыцари создали на захваченных территориях епископства (Рижское, Дерптское, Эзельское и другие). Меченосцы обосновались в Эстонии, поделив там земли с епископами.

Вторжение немецких рыцарей в восточную часть Прибалтики создало непосредственную опасность для русских земель.

Первым столкнулось с меченосцами полоцкое княжество. В 1207—1209 годах орден захватил в нижнем течении реки Западная Двина полоцкие города Кукенойс и Гернику (первый был переименован в Кокенгаузен, второй — в Крейценбург). Тем самым орден изолировал Полоцк от Балтики и прервал торговые сношения Полоцка с Западной Европой.

Борьба, которую начал Полоцк с орденом, не дала результатов. Более того, ослабленное этой борьбой, полоцкое княжество в 1223 году само стало в зависимость от смоленского князя.

В борьбу с Ливонским орденом вступил Новгород. Земли, населённые эстами, издавна находились в зависимости от Новгорода и платили ему дань. Город Юрьев (Дерпт, ныне Тарту) был построен в Эстонии киевским князем Ярославом Мудрым еще в 1030 году. Зависимость эстов от Новгорода ограничивалась выплатой небольшой дани — «оброка». Русские уже с IX—X вв. были тесно связаны с эстами, ливами, леттами и оказывали на них сильное и положительное культурное влияние.

Проникновение ордена в Эстонию вызвало вооружённый отпор Новгорода при всемерной поддержке и содействии эстов. В 1212 году новгородский князь Мстислав с 15-тысячным войском прошёл всю Эстонию. Поход Мстислава был удачен, но Мстислав не затронул основных сил ордена, и тот скоро оправился.

Подкрепив себя пополнениями за счёт притока всякого рода авантюристов из Германии и других западноевропейских стран, орден всё более и более усиливал свой натиск на восток. В 1224 году меченосцы после отчаянного сопротивления русских и эстов овладели Юрьевом.

Это вызвало со стороны русских ответный удар. В 1234 году новгородский князь Ярослав Всеволодович разбил меченосцев на реке Омовже, около Юрьева, и принудил их к заключению невыгодного для ордена мира.

Воспользовавшись поражением ордена, на него напали литовцы и в 1236 году разгромили орденские войска под Шавлями (Шауляй).

После поражения орден меченосцев пришёл в упадок. Под вопрос стала возможность дальнейшего удержания в руках ордена его завоеваний в Прибалтике, тем более, что в марте 1237 года князь волынский Даниил разгромил под Дрогичином и войска Тевтонского ордена.

Дела западных захватчиков приняли явно неблагоприятный для них оборот, но тут им на помощь выступил папа римский Григорий IX. Под его прямым воздействием в 1237 году Орден меченосцев был слит с Тевтонским орденом, захватившим Пруссию и зверски истреблявшим там племена пруссов и куронов. Маркс дал яркую картину жестоких, кровавых средств, к которым прибегали тевтоны для покорения пруссов:

«Рыцари» неистовствуют, как испанцы в Мексике и Перу; пруссы храбро сопротивляются, но всё более и более изнемогают; чужеземные завоеватели проникают в глубь страны, вырубают леса, осушают болота, уничтожают свободу и фетишизм коренного населения, основывают замки, города, монастыри, сеньерии и епископства немецкого образца. Там, где жителей не истребляют, их обращают о рабство»4.

Отныне орден меченосцев стал считаться «провинцией» (отделом) Тевтонского ордена и получил название Ливонского.

Этот подновлённый орден и должен был, по мнению папы римского, стать основным орудием вторжения на ослабленную татарским нашествием Русь.

Рыцарям обещали свою помощь феодалы Швеции. Шведские феодалы еще с первой половины XII века начали проводить политику захвата земель в Финляндии и порабощения финского населения под флагом христианизации и борьбы с язычниками.

Первый захватнический «крестовый» поход в Финляндию шведские феодалы совершили еще в 1157 году. Впоследствии, расширяя свою захватническую политику, они проникали до Невы, угрожая при этом новгородцам.

Первые столкновения шведов с новгородцами отмечены русской летописью еще в 1142 году на море и в 1164 году на суше под Ладогой.

По отношению к местному населению шведские феодалы держали себя так же, как и меченосцы, — насильно крестили финнов, превращали их в своих крепостных, беспощадно расправлялись со всеми сопротивляющимися.

Видя ослабление Руси после нашествия татар, шведские феодалы только и искали случая усилить свои захваты за счёт новгородских владений. Поэтому на призыв папы начать. крестовый поход они откликнулись с радостью.

Примерно так же действовали и датские феодалы. Дания для своих захватов наметила Восточную Прибалтику, действуя там рядом с орденом и даже соперничая с иим из-за захваченных в Эстонии земель.

Для того чтобы обеспечить ордену военную поддержку датчан, папа римский, в частности, настоял на том, чтобы орден уступил Данни часть захваченных им земель. Вначале орден не хотел на это идти, но под нажимом папского легата вынужден был согласиться. Договор был заключён в городе Стэнби в 1238 году.

Вторжение в русские и прибалтийские земли должно было проводиться под флагом крестового похода против «язычников», к которым римские папы относили и русских.

В плане вторжения предусматривался удар Швеции по Финляндии и захват Швецией побережья Финского залива и Невы с целью дальнейшего движения на Ладогу. Такая цель преследовала изоляцию Новгорода от его северных владений и от других русских земель.

Дания должна была помочь ордену военной силой и обеспечить его тыл от возможных восстаний завоёванных, но не всюду покорённых, эстов.

Удар по Новгороду с запада и с юга предполагалось нанести силами Ливонского ордена.

Для того чтобы ослабить Русь перед началом нового вторжения, папа принял ряд коварных, мер дипломатического порядка. Ои завязал с русскими князьями Ярославом Всеволодовичем Владимирским и Даниилом Галицким переговоры о союзе, взаимной помощи и организации общего крестового похода против монголо-татар.

Не следует, однако, полагать, что папа на самом деле хотел совместной борьбы с русскими против татар. Современные папские историки пытаются выдать переговоры о таком союзе за чистую монету. На деле же всё это являлось ложью.

Римские папы не только не хотели борьбы с татарами, но были заинтересованы в союзе с ними.

В случае союза пап с татарами, во-первых, исчезла бы угроза татарского нашествия странам Восточной Европы, признававшим папскую власть (Польша, Венгрия); во-вторых, была бы предотвращена весьма неприятная для папства возможность союза татар с врагами папства (германский император и другие); в-третьих, папы питали надежды обратить татар в католичество и распространить благодаря этому папскую власть на все завоёванные татарами земли, в том числе и на Русь5.

Именно руководствуясь этим, папа начал одновременно переговоры с Русью и с татарами. Расчёт папы был таков: если переговоры о союзе с русскими даже не увенчаются успехом, то они станут известны татарам. Это поссорит татар с русскими и даже, быть может, вызовет новое татарское нашествие на Русь.

Оба случая — и удача переговоров с татарами и неудача их — должны были, по мнению папы, привести к ослаблению Руси.

Без преувеличения можно сказать, что угроза с Запада во второй четверти XIII века таила в себе огромную опасность для русского народа.

Примечания

1. И. Сталин, А. Жданов, С. Киров, Замечания по поводу конспекта учебника по истории СССР. В книге: «К изучению истории». изд. ВПШ при ЦК ВКП(б). М., 1946, стр. 21—22.

2. К. Маркс. Секретная дипломатия XVIII века.

3. Архив К. Маркса и Ф. Энгельса, т. V, стр. 341.

4. Архив К. Маркса и Ф. Энгельса, т, V, стр. 342—343.

5. Подробнее об этом см. В.Г. Пашуто. Очерки по истерии Галицко-Волынской Руси, 1960, стр. 243.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика