Александр Невский
 

На правах рекламы:

• buy Online Votes to Win Contest -Starts from 10$ for per buy Votes for Facebook Contest

Заключение

Средневековое (XI—XVI вв.) население Новгородской земли антропологически довольно отчетливо делится на две хронологические группы, разграничиваемые рубежом XIII—XIV вв.

Группы населения XI—XIII и XIII—XVI вв. в целом различаются по следующим признакам: углу выступания носа, длине и высоте черепной коробки и ширине орбиты. Величины данных признаков у первых значительно больше, чем у вторых. Кроме того, по результатам канонического анализа высота переносья в ранних группах понижена по отношению к углу выступания носа, а в поздних зачастую повышена. Межгрупповая изменчивость высоты переносья и угла выступания носа в данном случае противоположна внутригрупповой.

Ранние новгородские группы характеризуются однородностью, а в большинстве поздних отмечается повышенная изменчивость и выделяется комплекс взаимосвязанных признаков. В соответствии с последним у индивидуумов с тенденцией к длинно- и высокоголовости более наклонный лоб, выше и шире лицо, выше и уже нос, шире орбиты, резче горизонтальная профилировка лица и переносья. Увеличение черепного указателя и уменьшение высоты черепа и лица сопровождаются ослаблением горизонтальной профилировки и т. д. Первый антропологический вариант связан с ранним населением Новгородской земли, второй имеет аналогии в местных финских группах XIII—XV вв.

Обе хронологические группировки новгородцев не вполне однородны и включают в себя как длинно- так и короткоголовые краниологические серии. Это, впрочем, не нарушает общей картины, так как один из вариантов всегда доминирует: в раннее время — первый, в позднее — второй. Здесь предполагается совокупное действие процессов смешения и эпохальной изменчивости, максимум которого приходится на рубеж XIII—XIV вв.

Результаты сравнительных анализов групп Новгородской земли и Северо-Восточной Европы в более узких (II тысячелетие н. э.) и в расширенных (I—II тысячелетия н. э.; мезолит — первая половина II тысячелетия н. э.) хронологических рамках указали на перечисленные выше признаки как на основные, дифференцирующие население названной территории. Отмечено действие эпохальной изменчивости, выразившейся в уменьшении длины и высоты черепа. В XI—XIII вв. население, обитавшее на западной границе Восточной Европы, включая группы латгалов, селов, эстов и восточных славян западных областей Новгородской земли, Белоруссии, Украины и Молдавии, характеризовалось относительной однородностью антропологического типа. Это население в целом характеризуется большими размерами черепной коробки, долихо- и мезокранией, высоким носом и широкими орбитами, большим углом выступания носа при, как правило, относительно невысоком переносье. Теми же антропологическими особенностями отличались балтские серии I тысячелетия н. э. и часть групп латышей и литовцев XIII—XVIII вв. Существование подобной общности может объясняться участием в генезисе балтов, славян и ранних обитателей Эстонии единого субстрата — носителей культуры боевых топоров, обладавших выраженными европеоидными чертами.

Ранние новгородцы более всего схожи с балтами, а население от верховьев Припяти до Прутско-Днестровского междуречья имеет также аналогии в наиболее массивных и высоколицых («балтоидных») славянских сериях Средней Европы I и начала II тысячелетия н. э.

Примечательно, что группы эстонцев XIV—XVIII вв. заняли промежуточное положение между балтами и славянами, составившими указанную общность, с одной стороны, и финнами и поздним финнизированным населением Новгородской земли, с другой. Население Эстонии, синхронное ранним новгородцам, еще более значительно отличается от прочих финских групп.

У древнерусского населения центра и восточных областей Руси отмечаются другие краниологические варианты, характеризующиеся меньшими размерами черепной коробки, орбит и носа, ослаблением европеоидных особенностей. Основу их составили, по-видимому, антропологические комплексы местного дославянского населения.

Часть позднесредневековых обитателей Новгородской земли (конец XIII—XVI вв.), которой присущи брахикрания, уплощенное лицо, слабо выступающий нос, судя по всему, также унаследовала эти черты от древнего местного населения. Повсеместное проявление этих особенностей с конца XIII в., вероятно, было вызвано наступлением христианизации, вследствие чего в процесс формирования новгородского населения включаются и те группы, которые еще сохраняли этническое своеобразие.

Предполагается, что ко времени колонизации будущей Новгородской земли славянами местное прибалтийско-финское население могло быть представлено как европеоидным компонентом, так и отличающимся восточными чертами («лапоноидный» комплекс). Подобное сочетание было характерно для севера Восточной Европы и в древности. Совпадение меж- и внутригрупповой изменчивости в мезолите, неолите и средневековье, наличие как групп с выраженными европеоидными чертами, так и смешанных с преобладанием «восточных» особенностей, по-видимому, свидетельствует о многократном притоке на эту территорию населения различного происхождения с юго-запада и востока.

Не подтвердилось сходство антропологических комплексов, характерных для ранних новгородцев и славян балтийского побережья (ободритов и поморян). Сильное сходство последних с германцами свидетельствует о далеко зашедшем смешении. Западные славяне в целом отличаются от новгородцев более узкими и высокими орбитами и носом. Ранние новгородцы гораздо ближе к балтам, но даже с поздними новгородцами сходство сильнее, чем со славянами балтийского побережья. Тем не менее, уже упоминавшееся сходство населения Восточной Прибалтики и части восточных и западных славян может говорить о первоначальном единстве происхождения.

Довольно быстрое растворение физических особенностей небольшой группы норманнов в антропологически чуждой среде иллюстрируется на примере скандинавского кладбища XI—XII вв. на Земляном городище в Старой Ладоге. В серии отмечена сильная неоднородность. Костяки из глубоких погребений (ранних по времени) отличались более резкой горизонтальной профилировкой лица, сильнее выступающим носом и большей длиной тела от костяков из неглубоких могил. Хотя обе подгруппы находятся в пределах вариаций германских серий, можно предположить, что в дальнейшем усиливались черты, характерные для местного населения. В облике новгородцев не прослеживается значительного воздействия германского комплекса (сочетание низкого черепа, высоких лица и орбит).

Западнославянское и скандинавское влияние на культуру населения Новгородской земли фиксируется данными археологии, этнографии, лингвистики. Данные краниометрии, однако, пока не подтверждают того же в отношении антропологических особенностей этого населения. Возможно, элементы культуры и языка распространялись здесь более активно, нежели их носители.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика