Александр Невский
 

На правах рекламы:

• Коллекции по химии источник.

Истоки антропологических особенностей населения Новгородской земли древнерусского времени (X—XIII вв.)

Уже неоднократно упоминалось о сходстве физических особенностей ранних новгородцев и балтов I и II тысячелетий н. э. Археологические и лингвистические данные пока не позволяют говорить о сильном балтском влиянии на рассматриваемой территории, достаточном для того, чтобы воздействовать на антропологический облик местного финского или славянского населения. Несомненно, какие-то инфильтрации в местную среду происходили (часть балтов могла быть увлечена волной славянской колонизации, часть — появиться позже с территории Прибалтики).

Для выяснения истоков антропологических особенностей ранних новгородцев вновь был проведен канонический анализ по 14 признакам для 84-х групп Восточной Европы I и II тысячелетий н. э. Кроме групп, приведенных в табл. 15, из материалов начала II тысячелетия привлекались следующие восточнославянские группы: поляне (киевские, переяславские, черниговские), северяне, радимичи, вятичи, дреговичи (Алексеева, 1973), славяне Прутско-Днестровского междуречья (Бранешты, Василев) (Великанова, 1975).

Рассматривались ранняя и поздняя подгруппы из Удрая; ранний материал из краниологических серий Озертиц и Ольгина Креста (группа Ольгин Крест XI—XIV вв. была исключена из сборной серии могильников Сланцевского района, в таком виде вошедшей в анализ). Также привлекались группы балтов I тысячелетия: латгалы VII—X вв. (Денисова, 1975), земгалы V—VII вв., литовские земгалы и селы VIII—XI вв., восточные аукштайты V—VI вв., западные аукштайты V—VI вв., жемайты V—VI вв., (Česnys, 1986), ятвяги II—V вв. (Чеснис, 1990). Результаты анализа приводятся в табл. 23.

С добавлением балтских серий I тысячелетия н. э. изменчивость по КВ I (31%) стала определяться горизонтальными диаметрами и формой черепной коробки. Минимальные значения данного вектора имеют ранние группы, причем крайнее положение занимают массивные долихокранные балты.

По КВ II (18%) основное значение имеют угол выступания и высота носа, ширина орбиты, а также симотический указатель и зиго-максиллярный угол, имеющие знак нагрузки, противоположный знаку предыдущих признаков. Высокие положительные значения имеют группы с сильно выступающим высоким носом при относительно пониженном переносье и широкой орбитой: балты I и II тысячелетий н. э., дреговичи, ранняя и поздняя подгруппы Удрая, все (кроме Бегуниц) ранние и часть поздних серий Ижорского плато. Большими отрицательными величинами (и, следовательно, противоположным сочетанием признаков) характеризуются финские группы, кроме эстонцев, карел, коми-зырян и финнов-суоми, восточнославянские (за исключением прутско-днестровских славян, дреговичей и полоцких кривичей), население Вологодской области и частично верховьев Луги и Плюссы.

Таблица 23. Элементы канонических векторов для 84 групп Восточной Европы I и II тысячелетий н. э.

Признак С1 С2
1. Продольный диаметр -0.72 0.12
8. Поперечный диаметр 0.83 0.30
17. Высотный диаметр -0.33 0.17
9. Наименьшая ширина лба -0.22 0.10
45. Скуловой диаметр 0.05 -0.28
48. Верхняя высота лица -0.08 0.02
51. Ширина орбиты 0.18 0.45
52. Высота орбиты 0.18 -0.01
55. Высота носа 0.27 0.42
54. Ширина носа -0.01 -0.01
77. Назомалярный угол 0.06 0.19
<zm', Зигомаксиллярный угол 0.07 -0.44
SS:SC. Симотический указатель 0.01 -0.57
75 (1). Угол выступания носа -0.15 0.80
Собственное число 30.3 17.8
Вклад в общую дисперсию (%) 31.2 18.4

На рис. 12 отражено положение групп на плоскости, образованной КВ I и II. На поле графика — три более или менее обособленных формирования. Одно из них — в левой верхней части — образовано группами балтов и основной частью ранних новгородских серий. Здесь же четыре поздние группы Ижорского плато и побережья Псковского озера (Виски), обе подгруппы из Удрая, ранняя — из Ольгина Креста, а также дреговичи, полоцкие кривичи и славяне Прутско-Днестровского междуречья. Другое — в левой нижней части графика. Его границу обрисовали финские серии (кроме эстонских). Здесь две древнерусские новгородские группы: из Ретенского, Гдовского и Лужского уездов; серия Сланцевского района, включающая поздний материал; позднее население Верхнего Полужья и Пскова; близкие к современности группы русских Олонецкой губернии и Старой Ладоги. Сюда попали латыши с ливским субстратом и жители аукштайто-белорусского пограничья. В левой нижней части графика расположились восточнославянские группы южных и юго-восточных территорий. Среди них — серия черепов из Которска. Часть волжских кривичей заходит в область концентрации финских групп. Эстонские серии в целом примыкают к балтам, занимая скорее промежуточное положение между балтами и финнами, ближе к первым.

Близостью к северо-восточным кривичам, вятичам и северянам характеризуется лишь которская группа. Любопытно, что, по данным археологии, в районе могильника Которск наблюдаются культовые сооружения, характерные для вятичей (устное сообщение С.Л. Кузьмина и Н.И. Платоновой).

Ранним балтам нашлись аналогии среди древнерусского населения Полужья и Ижорского плато.

Ниже рассмотрены связи выделенных хронологических подгрупп Удрая, Озертиц и Ольгина Креста:

Удрай (XI—XII вв.): латгалы X—XII вв. (0.07), западные аукштайты (0.15);

Удрай (XIII—XIV вв.): славяне Среднего Поднестровья (Василев) (-2.34), Виски (-2.33), Лашковицы (-0.71), ятвяги (-0.30), Борницы (0.12);

Озертицы (XII—XIII вв.): литовские земгалы и селы (-0.05), латыши Селспилса (0.62);

Ольгин Крест не имеет близких связей. От остального (более позднего) населения Сланцевского района эту группу отделяет расстояние 4.92 — большее, чем от латышей Тервете (3.59), латгалов (4.70) и селов (4.52), т.е. групп наиболее близких к Ольгину Кресту.

В результате кластерного анализа матрицы расстояний выделилось два очень сильно отличающихся кластера (рис. 13). Один из них составили ранние балты и часть латышей, эсты, пять новгородских групп (ранние Удрай и Озертицы, Заборье, Ольгин Крест и юго-восточное Приладожье). Второй кластер образован всеми остальными группами и имеет очень сложную структуру. Часть новгородского населения, как правило, более поздняя, объединилась с различными группами финнов, представляющими разные антропологические варианты. Кривичи, вятичи, поляне, северяне и радимичи составили отдельный субкластер, в который вошла также которская группа. Серии Ижорского плато и юго-восточного Приладожья, позднее население Удрая, вискинцы, среднеднестровские славяне и дреговичи образовали несколько субкластеров с поздними литовцами и латышами, селами и ятвягами. Полоцкие кривичи, раннее население Пскова и эстонцы Отепя объединились в отдельный субкластер.

Женские новгородские группы, проанализированные с более узким кругом сравнительных материалов (по причине отсутствия многих соответствующих серий), дают примерно ту же картину (рис. 14): часть ранних групп объединяется с балтами, поздние же в основном тяготеют к финнам.

Дреговичи, население Прутско-Днестровского междуречья и полоцкие кривичи по результатам анализа приближаются к балтам и сходным с ними новгородским сериям (рис. 12). Минимальные расстояния для этих серий таковы:

Бранешты: латыши Яункандавы (0.19), Рутилицы (0.33), радимичи (0.38), Славенка (0.59), латыши Упланты (0.64), Калитино (0.66);

Василев: Виски (-2.18), Удрай (XI—XIV вв.) (-0.62);

Дреговичи: селы (-0.54), Виски (0.41);

Полоцкие кривичи: все расстояния большие; минимальные из них — Йыуга (1.66), Виски (2.60), Удрай (2.81), Плещевицы (2.90);

Т.И. Алексеева, исследуя географическое распределение антропологических признаков у населения Восточной Европы, отмечала, что угол выступания носа, горизонтальные диаметры черепной коробки и ширина лица у восточных славян увеличиваются к западу и уменьшаются к востоку. Наиболее отчетливо «западный» комплекс проявился у волынян, древлян, полоцких кривичей и славян Поднестровья. Автор также обнаруживает сходную комбинацию в некоторых балтских группах (латгалы, земгалы, жемайты) [Алексеева, 1973. С. 105, 269].

М.С. Великанова [1975. С. 112] говорит о «первоначальной этногенетической общности» славян Прутско-Днестровского междуречья, древлян и полоцких кривичей, основываясь на сходстве этих групп по ширине лица, которая у них больше, чем у других восточных славян.

Существование общих черт в указанных группах подтвердилось в результате проведенного нами сравнительного анализа с применением современных методов многомерной статистики. Ширина лица, однако, не играет в данном случае особенной роли, а наибольшее значение имеют размеры черепной коробки, угол выступания и высота носа, ширина орбиты, которые в этих сериях довольно велики. Те же особенности характеризуют дреговичей, у которых сравнительно узкое лицо; преимущественно ранние и промежуточные по времени серии Новгородской земли (кстати, последние относительно широколицы: в 16 группах среднее значение скулового диаметра составило 134.5 мм); большинство групп Латвии и Литвы I и II тысячелетий н. э.; раннее население Эстонии. Не удалось использовать древлянский материал из-за отсутствия данных по высоте переносья, углам горизонтальной профилировки и носа, однако, есть основания предполагать, что величины этих признаков, скорее всего, совпадают с отмеченными в названных выше группах. По крайней мере, анализ по сокращенной программе, исключающей эти признаки, показал сходство древлян именно с упомянутыми группами (см. ниже).

Таким образом, в X—XIII вв. вся западная пограничная область Руси (с северо-запада на юго-запад, от Новгородчины до Прутско-Днестровского междуречья) была представлена населением более или менее сходного антропологического облика, объединяющего его с балтами I и II тысячелетия н. э., и ранними обитателями Эстонии (рис. 15).

Население центра и восточных областей Руси обладало иным комплексом признаков, свидетельствующим об ослаблении европеоидных черт и сближающим его с поздними новгородцами, испытавшими финское влияние. Как уже отмечалось Т.И. Алексеевой, антропологическую основу вятичей и северо-восточных кривичей составляют местные финские племена. Ослабление европеоидности у полян — потомков черняховцев — Алексеева связывает с влиянием кочевников Приднепровья, а впоследствии — крымских. [Алексеева, 1973]

Т.И. Алексеева также предполагает участие среднеевропейского субстрата в сложении антропологических особенностей уличей, тиверцев и волынян [Алексеева, 1973. С. 256]. Действительно, население Прутско-Днестровского междуречья, древляне, а также дреговичи заняли как бы промежуточное положение между балтами и новгородцами с одной стороны, и западными славянами — с другой (анализ проведен по 10 признакам, список групп в табл. 19). Минимальные расстояния Махаланобиса таковы:

Бранешты: селы (-1.66), Калитино (0.02);

Василев: Бирский могильник (-0.51), Йозефов (-0.24), Радом (-0.03), Микульчице (0.08), ятвяги (0.27), Нижняя Висла (0.31), Желовце (0.32), древляне (0.42), Малый Полом (0.48);

Древляне: Радом (0.35), Василев (0.42), Драйчц (0.44), Псков (0.53);

Дреговичи: селы (-0.26), Радом (-0.04), радимичи (0.01), Вишлица (0.45), Нижняя Висла (0.49);

Полоцкие кривичи не имеют близких аналогий.

Нетрудно заметить, что среди перечисленных групп — уже частично упоминавшиеся в предыдущем разделе западнославянские серии с наиболее массивной, длинной и высокой долихо-мезокранной по указателю черепной коробкой, имеющие более широкие орбиты и более высокие лицо и нос по сравнению с остальными (т. е. особенности, сближающие их с ранними балтами) (табл. 24). Отсюда не следует, что эти особенности не были характерны также для ранних славян и части финнов. Однако в массе на территории Европы ими характеризуются именно балты, а славяне и финны в этом отношении довольно разнородны.

Таблица 24. Сравнительные данные по западнославянским группам

Признак Нижняя Висла Вишлица Радом
1. Продольный диаметр 186.2 (60 189.5 (33) 189.1 (11)
17. Высотный диаметр 137.3 (57) 135.6 (20) 137.0 (11)
48. Верхняя высота лица 69.7 (35) 70.0 (24) 71.7 (11)
55. Высота носа 50.9 (34) 51.4 (24) 52.2 (11)
51. Ширина орбиты 41.0 (34) 41.9 (24) 41.3 (11)
52. Высота орбиты 31.5 (34) 32.6 (21) 32.0 (11)

Таблица 24 (продолжение)

Признак Йозефов Микульчице Желовце Средние данные по 18 западно-славянским группам
1. Продольный диаметр 188.6 (15) 188.6 (122) 185.5 (61) 186.4
17. Высотный диаметр 137.1 (16) 137.2 (116) 136.2 (35) 135.9
48. Верхняя высота лица 72.3 (13) 72.7 (114 70.6 (38) 68.5
55. Высота носа 51.7 (13) 52.5 (114) 50.9 (37) 50.4
51. Ширина орбиты 42.6 (13) 42.3 (115) 41.8 (38) 40.3
52. Высота орбиты 33.0 (13) 33.9 (115) 31.9 (37) 32.5

* Группы см. по табл. 19.

Примечательно, что северяне и радимичи без учета профилировки лица и носа стали ближе к некоторым новгородским и балтским группам.

Северяне: Удрай (-0.04), Которск (0.00), радимичи и селы (0.26);

Радимичи: дреговичи (0.01), селы (0.04), Которск (0.16), северяне (0.26).

Таким образом, суммируя результаты исследования, рассмотренные в главах 1 и 2, можно сказать, во-первых, что раннее население Новгородской земли было очень сходно с балтами: даже крайне массивным долихокранным балтским сериям I тысячелетия находятся аналогии среди ранних новгородцев. Во-вторых, основная часть более позднего населения демонстрирует особенности, сближающие его с финнами. В расовой дифференциации ранних и поздних новгородцев, кроме параметров черепной коробки, весьма важным оказалось противоположное нормальному внутригрупповому соотношение высоты переносья и угла выступания носа (сильная изменчивость этих двух признаков у восточных славян была отмечена Т.И. Алексеевой [1973. С. 70, 71, 100, 101]). Ранние характеризуются сильно выступающим носом при пониженном переносье, поздним свойственно противоположное соотношение (ранние и поздние группы новгородской земли разграничивает, в основном, угол выступания носа — рис. 16). У балтов и ранних новгородцев, кроме того, больше ширина орбиты и высота носа независимо от ширины и высоты лица, тогда как у финнов и поздних новгородцев эти размеры меньше. Примечательно, что группы Эстонии и по параметрам черепной коробки, и по описанному выше комплексу признаков занимают промежуточное положение между финнами и балтами, ближе к последним.

Обнаружилось, что ранние новгородцы — часть большого антропологически однородного массива, локализующегося на западной границе Восточной Европы с севера на юг и включающего также различные группы балтов I и II тысячелетий с территорий Латвии и Литвы, эстов XI—XIII вв. и восточнославянское население начала II тысячелетия н. э. с территорий Белоруссии, Украины и Молдавии. Последнее демонстрирует гораздо большее, чем новгородцы, сходство с некоторыми наиболее массивными и высоколицыми западнославянскими группами Центральной Европы.

Существование подобной общности может объясняться участием в генезисе балтов, славян, а также древних обитателей Эстонии единого субстрата — населения культуры боевых топоров, обладавшего выраженными европеоидными чертами. Далее можно предположить, что славянское влияние распространялось на более восточные территории медленно и постепенно, причем речь могла идти в основном о продвижении культуры и языка. Здесь в эпоху средневековья проявляются черты местного дославянского населения. В облике радимичей и северян все же прослеживаются некоторые особенности, сближающие их с западными соседями. Нельзя исключить вторичного взаимного влияния населения контактных областей, которое дало в результате большее сходство славян, обитавших от верховьев Припяти до Прутско-Днестровского междуречья, с массивными сериями Центральной Европы. Наконец, можно допустить изначальную антропологическую общность восточных и западных славян.

На облике ранних новгородцев могли сказаться краниологические комплексы, характерные для ранних балтов и эстов, возможно, издревле имевшие распространение и на территории Новгородской земли.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика