Александр Невский
 

На правах рекламы:

Вступить в сро в рассрочку допуск сро.

5.4. Торговые пошлины

1) Тамга — торговая, вещная, фискальная пошлина за право торговли привозным товаром. В XIV в. тамга иногда называлась «торговой пошлиной», а в XVI в. — «рублевой пошлиной». Взималась преимущественно в денежной форме, составляя фиксированную долю продажной («таможенной») стоимости товара.

Тамга взималась с различных привозных товаров, исключая пшеницу, рожь, овес, солод, ячмень, коноплю, гречу, горох, крупы, толокно и т. п. С конца XV в. тамгой облагались и деньги приезжих купцов, на которые производились товарные закупки. В этом случае взимаемая пошлина могла называться искунным (кунным, скунным) — от древнерусского слова «куна».1 Некоторые продовольственные товары (соль, сушеная рыба), дрова облагались тамгой в зависимости от ситуации. Не подлежали ей и съестные припасы стоимостью менее 2 алт. За редким исключением, не платили тамгу и с продажи товаров местного производства («Кто продает свое домашнее, тот тамги не дает; а который имеет прикупом торговати, и тот тамгу дает»).2

Различались и сами принципы обложения тамгой: 1) с целого ряда товаров она взималась не с цены, а с самого предмета. «Так, — отмечал Д.А. Толстой, — взималась пошлина деньгами с известного количества хмеля, с известной величины сукна, кожи, холстов, овчин, понев и т. п.»;3 2) для отдельных сельскохозяйственных продуктов ее оклад определялся «с воза» или «саней»;4 3) иногда тамга взималась в натуральном выражении, например, в виде десятого с мелких товаров: рогож, лык, мочалок, лаптей, меда, воска, хмеля и т. д.;5 4) с товаров весчих тамга могла взиматься в большем размере, чем с товаров невесчих; 5) с «лесного товара» (бревна, дрова, доски, рогожи, хомуты, лыки, зола, гробы) тамга взималась в меньшем размере; 6) иногда ставка тамги зависела от вида и типа транспортного средства, доставившего товар.6 Однако, как справедливо указывал С.А. Шумаков, если ставка тамги устанавливалась по количеству или качеству товара, то тут имеем дело с тамгою в обширном смысле или же со смешением ее с другими пошлинами.7

Непростым представляется вопрос о «технологии» взимания главной торговой пошлины. Так, Д.А. Толстой, Н.Я. Аристов, С.Н. Никольский полагали, что тамгу платили при совершении самой сделки купли-продажи с товаров, действительно проданных (непроданные товары не облагались тамгой).8 Им возражали Е.Г. Осокин, В.И. Сергеевич, С.А. Шумаков, по мнению которых, таможенное обложение совершалось прежде продажи товаров, при самом их привозе.

Действительно, уже при явке приезжие купцы обязаны были назвать цену привозным товарам. В свою очередь головы и целовальники производили таможенную оценку, которая и принималась во внимание при начислении и уплате пошлин. «Следовательно, — утверждал Е.Г. Осокин, — тамга падала не на действительно рыночную цену товаров, а на оценочную, которая могла быть или ниже настоящей цены, или выше».9 Так, согласно Суздальской уставной таможенной грамоте (1606), таможенным головам и целовальникам Суздаля надлежало у приезжих гостей, торговых людей Московского государства и иноземцев «их товары ценити прямо вправду (чего которой товар стоит так и ценити), да и те всякие товары и товаром цену писати в книги перед собою подлинно, да по тем книгам у гостей и у торговых людей имати таможником в Суздале на посаде и в торжинех, которые к Суздальской тамге приписаны, таможенные всякие пошлины».10

В.И. Сергеевич и С.А. Шумаков также были убеждены, что тамга взималась со стоимости привозного товара «по особой оценке» до разгрузки его на гостином дворе. В этом они усматривали «чисто татарский обычай», укоренявшийся лишь там, где татарское присутствие было непосредственным (в Новгороде и Пскове тамга была введена лишь после их покорения Москвой).11 Возражая Н.Я. Аристову, С.А. Шумаков настаивал, что уплата тамги лишь иногда происходила при продаже товаров, чаще же при самом привозе их из города и села. Причем оценка товара производилась таможенными головами и целовальниками при участии «добрых и лучших людей» после объявления торговыми людьми цены своих товаров при самой явке. В защиту тезиса о взимании тамги с оценочной стоимости товара Шумаков приводил и тот аргумент, что «необходимость предварительной явки делала невозможным неплатеж тамги».12 К этой же версии склонялся и А.Ц. Мерзон. На основании глубокого изучения таможенных книг XVII в. этот автор пришел к выводу о фактической невозможности представителям местной таможенной администрации «установить цены реальных торговых сделок, совершаемых многочисленными клиентами таможни».13

Наиболее обстоятельно рассматриваемый вопрос был изучен К.В. Базилевичем. Во-первых, им было установлено, что явленный товар во всех случаях подлежал количественной оценке со стороны представителей таможни. При этом в таможенной книге против записей на полях указывалось имя того целовальника, который «считал» товар. Во-вторых, обычно в одной и той же таможне применялись и оценка по «продажной цене», и «условная таможенная оценка». В последнем случае заявленная или реальная рыночная цена купеческого товара подвергалась пересмотру. Если же таможенная пошлина взыскивалась в конце года, то в большинстве случаев «при регистрации актов продажи заносилось лишь количество проданного товара без указания цены. Последняя установилась после окончания года, когда подводился итог всем годовым операциям... Цена, установленная в конце года, не могла быть фактической ценой конкретных сделок купли-продажи». В-третьих, экспертная (условная) оценка таможни могла почти совпадать с рыночной ценой текущего года, а могла и значительно отличаться от последней. Именно она и преобладала в отношении количественной регистрации товаров и их стоимости в большинстве городов на европейской части страны. Немаловажную роль при такой оценке «играл субъективный момент, зависевший и от степени подготовленности и опыта лица, производившего оценку, и от стремления избежать недобора, связанного с длительной московской волокитой, губительно действовавшей на собственные торговые занятия».14

Таким образом, вопреки тому, что многими уставными таможенными грамотами «верным людям» и откупщикам вменялось в обязанность справедливо оценивать товары, не корыстоваться пошлинами и «под опасением государевой опалы» не брать «посулов и поминков», нередкими были случаи, когда в таможне произвольно завышались, а иногда и занижались (с целью привлечения иногородних купцов) количество и стоимость привозных товаров по сравнению с рыночными ценами, а сами товары задерживались на длительное хранение. Порой случалось, что явленный товар, уже оплаченный тамгой, не находил сбыта. По предположению Е.Г. Осокина, уплаченная пошлина при вывозе непроданного товара не возвращалась; она как бы засчитывалась (на товар накладывались узолки и печати, а купцу выдавалась выпись, увольнявшая его от уплаты пошлин в другом месте при продаже). Зачет тамги с привозных денег производился подобным же образом.15 Как можно заметить, реальная торговая практика вступала в противоречие с предписанием уставных грамот о невзимании тамги с привезенного, но непроданного товара.

Спорным остается и вопрос о размере тамги. Так, И.Я. Рудченко определял обычную ставку тамги в 1 алт. с рубля, или 3%. П.П. Мельгунов также полагал, что «пошлины, которые обыкновенно татары брали с торгующих купцов, равнялись 3%». И.П. Козловский бездоказательно утверждал, что «обычная таможенная пошлина равнялась 7 деньгам с рубля стоимости товара».16

В то же время из уставных таможенных грамот и таможенных книг следует, что обычная ставка тамги составляла 4 московские деньги с рубля таможенной стоимости товара, или около 2%.17 Справедливо определяя минимальное и максимальное значения тамги в 3 и 7 д. с рубля соответственно, Д.А. Толстой отмечал, что «чаще других встречающаяся величина тамги есть полторы деньги с местных жителей и четыре деньги с жителей прочих областей».18 К.Н. Лодыженский соглашался с ним, также указывая, что наиболее часто встречались оклады тамги от полутора до 4 д. с рубля, или от ¾% до 2%.19 Вместе с тем этот автор допускал принципиальную неточность, определив экстремумы тамги в пределах ¼—7% с цены. Ошибался и И.М. Кулишер, который некритически воспроизвел эти данные, воспользовавшись таблицей К.Н. Лодыженского. Фактически он разделил мнение, что, по Новгородской таможенной грамоте 1571 г., тамга взималась в размере «¾ проц. с горожан, 2 проц. с жителей области, 4 проц. с иногородних, 7 проц. с иностранцев». Более того, приравняв деньгу к копейке, а алтын к шести копейкам, И.М. Кулишер допустил целый ряд других неточностей, утверждая, например, что «по Белозерским грамотам 1498 г. и 1551 г. с горожан взимается ½ проц., столько же с жителей области, с иногородних же 6 проц» (на самом деле ¼% и 3%).20 К сожалению, эти ошибочные суждения дореволюционных авторов (со ссылками на К.Н. Лодыженского) продолжают воспроизводиться в современной учебной и научной литературе.21

По нашему мнению, максимальная ставка тамги не могла значительно превышать 3%. Во-первых, тамга не являлась единственной таможенной пошлиной. Во-вторых, на протяжении XIII — первой половины XVII вв. таможенное обложение торговых людей непрерывно возрастало. В-третьих, оклад единой рублевой пошлины (1653), составлявшей 5% цены товара, никак не мог уступать размеру тамги предыдущего периода, поскольку был призван компенсировать вообще все пошлины, взимавшиеся до того времени в Московском государстве.22 Даже пошлина с иностранцев, торгующих в Москве и других городах, кроме Архангельска, была определена Торговым уставом 1653 г. в 2 алт. с рубля, или 6% с цены. Что же до Новгородской таможенной грамоты 1571 г., то следует обратиться к самому источнику, из которого следует, что таможенникам положено было взимать пошлину с торговых иноземцев «с рубля с новгородского по семи денег по новгородскую». Зная о том, что рубль новгородский соответствовал в то время 2 р. 5 алт. 2 д. московским, т. е. 216 коп., а новгородская деньга ничем не отличалась от московской копейки, несложно подсчитать, что максимальная ставка тамги в XVI в. составляла около 3.2%.23

Следует иметь в виду, что нередко за тамгой скрывались другие пошлины. В ряде случаев она взималась «с помещения на воз». Иногда ею назывались узолки, номерное и даже мыто. Пошлина с продажи недвижимости также могла называться «тамгой». Вместе с тем такие пошлины, как поштучное (с продажи коровы), пятенное (с продажи или мены лошади), с продажи дома, двора и другие, со временем приобрели фактическое значение рублевой пошлины — тамги.

Платили тамгу и продавец, и покупатель, «впрочем, — как отмечал Е.Г. Осокин, — обыкновенно только приезжий».24

2) Весчее (вес, с весу, весовое, весчая пошлина, весчие деньги, пудовое и т. д.): 1) пошлина за взвешивание на казенных весах «весчих», или «весовых», товаров, к числу которых принадлежали металлы, соль, икра, масло сливочное, сало, воск, мед, квасцы, пенька, ладан, тимьян и др.;25 2) разновидность рублевой пошлины, взимавшейся таможенными пудовщиками, весовщиками и их «робятами» одновременно и за взвешивание, и за право продажи (с конца XVI в. операцию по взвешиванию могли производить сами торговые люди, хотя и под контролем пудовщика).26

Как правило, сбор «с весу» представлял собой фискальное дополнение к тамге, а размер его, уступая ставке тамги, обычно составлял 2 д. с рубля, из которых одна взыскивалась с покупателя, а другая — с продавца. Так, согласно уставным таможенным грамотам Дмитрова (1521), Новгорода (1571), Суздаля (1606), за взвешивание «весчих» товаров с русских торговых людей взималось как с покупателя, так и с продавца по деньге с рубля.27

Размер весчего мог варьироваться в зависимости от свойств товара и от того, из каких мест приезжал торговый человек (с иногородних и торговых иноземцев весчее взималось в большем размере). В указанных выше грамотах с иноземцев (а по Дмитровской грамоте — также и с русских торговых людей из Новгорода, Пскова и Твери) за взвешивание воска, меди, свинца, олова, икры, меда и т. п. пудовщикам полагалось «имати с купца по две денги (с рубля. — М.Ш.), а с продавца по две денги ж (с рубля. — М.Ш.); а взвесит рогозину или мех или пошев соли, и таможником у них имати с того с одного с купца по две денги, а с продавца по две денги ж».28

В торговле «весчими» товарами встречались ограничения. Зачастую их не разрешалось продавать в розницу. Прежде всего этот запрет распространялся на торговлю иногородних купцов: «...приезжим торговым людем соль продавать <...> рогожами, а мелкою статьею, в пуды и в полпуды и в чети, продавать иногородним торговым людем не велено».29 От весчей пошлины были избавлены купцы и продавцы товара на сумму меньше 5 алт.30 После 1653 г. весчее взыскивалось только с покупателя в виде мелочного дополнения к рублевой пошлине.

3) Осмничее (осминичее, осьмничвв, осмичве, осьмичее, восмичее, восменичее, восмничье и т. д.) — одна из древнейших торговых пошлин, первые достоверные известия о которой, по словам С.А. Шумакова, относятся к 1328 г. Этот автор также допускал возможность появления термина «осмничье» наряду с термином «торговое» еще в домонгольское время в связи с отделением торгового значения мыта от проезжего.31

Осмничее взималось со всех товаров, кроме хлеба, а также с денег, на которые совершались товарные закупки. До XVI в. его размер был совершенно одинаков с размером тамги, и лишь затем последний сделался сравнительно большим.32 По словам Е.Г. Осокина, «нет никакой возможности указать, на основании источников, различие между тамгой и восменичим».33 На тождество тамги и осмничего указывали также Ю.А. Гагемейстер и С.А. Шумаков, допускавшие при этом, что осмничее могло поначалу собираться с товаров «меримых», в то время как тамга — с клейменых.34 Говоря о параллельном существовании тамги и осмничего, В.И. Сергеевич высказывал и ту догадку, что первая взималась с продавца, а последняя — с покупщика.35 В этом его поддерживал С.А. Шумаков.36

Как бы то ни было, но в XVI—XVII вв. осмничее представляло уже фискальное дополнение к тамге в размере 1—2 д. с рубля и взималось с продавца, хотя, вероятно, оплачивал эту пошлину тот, кто являлся покупателем привозного товара. В пользу такой версии говорит и то обстоятельство, что оклад осмничего оставался постоянным, независимо от колебаний в размере тамги. Так, уставной таможенной грамотой Дмитрова (1521) предусматривалось, что торговый человек из волостей Московской земли должен был заплатить с привозного товара тамгу «с рубля по три денги, да за восмничье <...> по дензе с рубля»; с новгородских, псковских и тверских купцов и иноземцев надлежало взять тамгу «с рубля по алтыну, да за восмничье имати таможником с того ж рубля по дензе».37 В уставной таможенной грамоте Гороховца (1633) прямо говорилось об уплате покупателем пошлины (без названия) с привозного русского товара в размере 2 д. с рубля. Если продавался иностранный товар, то «две денги поряду» (пошлина имеет явный смысловой оттенок осмничего) взыскивались на торговом иноземце, которому надлежало «взяти их на купце».38

4) Порядное — адвалорная ставка, которую платили местные жители, избавленные от тамги с денег, если они покупали товар из гостиного Двора для перепродажи в розницу (через лавку). Впервые упоминается в Белозерской таможенной грамоте 1497 г. Обложению порядной пошлиной подлежал ограниченный перечень товаров «весчих» (мед, соль, икра, рыба) и «меримых» (хмель). Ее также взимали с товарного помещения, с бочки или кади рыбы, рогозины или пошева соли. Во всех этих случаях ставка порядного составляла 1.5—2 д. с рубля таможенной стоимости.39 По мере того как выравнивались условия торговли русских людей, с местных лавочников требовали уплаты все новых сборов. Так, по Гороховецкой грамоте 1633 г., с продажи через лавку товара, уже оплаченного порядной пошлиной, таможенные головы обязаны были «имати с продавца весчего и замыту с рубля по две денги да свального с десяти пуд по денге».40

5) Поместное — пошлина, приближавшаяся по своему значению к порядному. Взималась с товаров в том случае, если кто-либо, купив на гостином дворе, не свозя с места, там же и продавал. В таможенной откупной грамоте новгородцу Ивану Филатову 1586 г. прямо говорилось: «А кто купит на гостином дворе соль или рыбу, а с гостина двора не повезет, а станет продавать на гостиних дворех, и тем людем давати поместного: с рогозины полденги, с бочки рыбы полденги, а с лукна икры денга, с меха соли полденги, с бочки селдей, рыбы со всякие бочки по полуденге».41

6) Померное (помер, померные деньги) — пошлина с продажи товаров меримых: с хлеба (пшеница, рожь, овес, ячмень, солод, просо, гречиха, пшено, крупы, мука), с огородных и садовых культур (горох, бобы, мак, репа, лук, чеснок, яблоки), с хмеля, конопли и семени конопляного, с грибов, ягод, орехов, золы, с мелкой сухой рыбы и др. Взималось с известной меры, а не с рубля. Мерами служили бочки, кади, четверти, осмины (осьминки), полуосмины, кипы и т. д. В зимнее время померное взималось и с товарного воза, что указывает на сезонный характер этой пошлины.42 Так, в 30-е гг. XVII в. с каждого воза с товарным хлебом вологодские таможенники собирали свалу и номеру и за откуп коморного по 10 коп.43

Обыкновенно же за единицу меры, по которой рассчитывалась померная пошлина, принимались «четыре четьи московских». В этом случае размер померной пошлины колебался от полденьги до двух денег, но обычно составлял деньгу с четырех четвертей московских. Принято считать, что ее взыскивали только с продавца, а с покупателя не брали. В таможенной откупной грамоте новгородцу Пятому Андрееву 1587 г. прямо говорилось: «А имати померная пошлина с продавца, а с купца померные пошлины не имати ничего».44 Вместе с тем в практике таможенного дела XVII в. допускалось, что плательщиком помера становился покупщик.45 «Померный» товар величиной менее осмины от номерной пошлины освобождался.46

От осмничего номерное отличалось тем, что взималось с меры, в то время как осмничее — с рубля. Поэтому и встречаем в актах, что с одного и того же товара взимались и восмничее, и номерное.47

7) Покоренное — дополнение к номерному (корец — мера). Эта пошлина взималась только с хлеба: зимой с воза, а летом с судна «по корцу с верхом» с четырех четвертей.48

8) Плошки — разновидность номерной пошлины (плошки — мера соли).

9) Рогозинное — пошлина с местного торгового человека — покупателя соли. Из таможенной книги Вологды 1634/35 г. следует, что ее размер устойчиво составлял 9 д. с меха соли.49

10) Головщина — личная пошлина с продажи человека в «полницу» (рабство). Ее размер составлял 20 д. с человека (по алтыну наместнику, дьяку и таможенникам, да 2 д. приставу наместника) за оформление соответствующей грамоты.50 Взыскивалась с покупателя.

11) Пятно (пятно и писчее, пятенные или пятинные деньги, пятно и пошлины) — 1) пошлина с товаров, поступавших в розничную торговлю;51 2) регистрационный сбор с продажи или промена лошадей, дополнявший рублевую пошлину. Первоначально взимался с клеймения лошади при купле-продаже, о чем свидетельствует жалованная грамота звенигородского князя Юрия Дмитриевича Саввина Сторожевскому монастырю 1404 г.52 Удостоверяя действительность сделки, пятно взималось за наложение таможенником клейма (пятна) на купленную или променянную лошадь. В Москве этим занимались пятенщики, а в областях — пошлинные люди или пятенщики под надзором наместников и волостелей. Образец клейма (пятна) наместника заносился в таможенную книгу; в ней же производилась запись о продавце, покупателе и самой лошади — какой она масти и каких примет.

Пятно (1—4 д.) и писчее (1 д.) раскладывались поровну на покупателя и продавца: «Кто купит лошадь, или продаст, и с купца лошади по денги, а с продавца по денги же». Со временем ставка пятна увеличилась до 6—8 д. с лошади. В дореволюционной историографии сложилось мнение, что его стали взимать с покупателя, а продавец ограничивался платежом рублевой пошлины.

Однако в реальной жизни все обстояло сложнее. «В конской торговле Курска, — отмечает А.И. Раздорский, — в первой половине XVII в. действовал особый порядок таможенного обложения, причем, по крайней мере на протяжении этого времени, он претерпевал достаточно серьезные изменения. В 1619 г. здесь существовало два вида сборов — рублевая пошлина («пошлина») и с шерсти. Оба они уплачивались продавцом лошади, а покупатель от каких-либо сборов был освобожден. Размер рублевой пошлины был дифференцированным и составлял 1.25% от стоимости лошади (1.25 коп. с рубля) для курян и 2.5% (2.5 коп. с рубля) для жителей других городов и уездов <...> В 1623/24 г. наблюдается уже иной порядок взимания таможенных пошлин с участников конской торговли. Во-первых, куряне стали платить рублевую пошлину в том же размере, что и иногородние торговцы: 2.5% от стоимости лошади. Во-вторых, деньги с шерсти уплачивал уже не продавец, а покупатель, причем размер этой пошлины возрос в пять раз — с 1 до 5 коп. <...> В 1626/28 г. в курской торговле опять вводится новый порядок обложения. Прежде всего, покупатель и продавец при уплате пошлин поменялись местами. Рублевую пошлину (по-прежнему составлявшую 2.5%) платил уже покупатель, а деньги с шерсти — продавец. Появляется новый фиксированный сбор — записка, уплачиваемый продавцом. Общая сумма денег, уплачиваемых с шерсти и с записки, составляла 6 коп. По данным таможенной книги 1641/42 г., размер сбора с шерсти составлял 5 коп., с записки — 1 коп. Аналогичный порядок уплаты пошлин в конской торговле действовал в 1628/29, 1641/42, 1647/48, 1653/54 гг.».53

Конскую же торговлю Устюга Великого в 30-е гг. XVII в. отличало то, что и продавец, и покупатель лошади платили пятно в обязательном порядке и в одном и том же размере — 4 д. с акта купли-продажи. Каждый из них платил и рублевую пошлину. Разница заключалась лишь в том, что местный человек с продажи лошади или явки денег на покупку платил 3 д. с рубля (1.5%), а иногородний торговый человек — 5 д. с рубля (2.5%).54

Нередко сбор пятенных денег отдавался казной на откуп; монастыри освобождались от уплаты пошлин с покупки лошадей по тарханным грамотам, иногда им разрешалось иметь свое пятно и взимать пошлину «с лошади» в монастырскую казну; должностное лицо могло получить пятно «в корм».55

12) Роговое (привязное) — пошлина за привязывание на рынке скотины. Ее размер составлял от 1.5—2 д. с головы крупного рогатого скота. Взыскивалась и с продавца, и с покупателя.

13) Поводное — сбор за вручение пятенщиком купленной лошади покупателю. Взыскивался только с покупателя.

Примечания

1. Если сделка купли-продажи совершалась на «товарные деньги», полученные с продажи привозного товара, то с такой покупки обычно пошлин не взималось.

2. Толстой Д. История... С. 79; Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 255.

3. Толстой Д. История... С. 77—78.

4. Там же. С. 78. «А привезут кто <...> лен, лук, чеснок, орехи, яблока, мак, золу, деготь, и им (таможенникам. — М.Ш.) у них (торговых людей. — М.Ш.) имати с воза и с саней по Дензе» (см.: ААЭ. Т. 1. № 134. С. 100; Т. 2. № 21. С. 71).

5. Лишь в 1697 г. взимание тамги произведениями, или товарами, было окончательно запрещено.

6. См.: Тихонов Ю. Л. Таможенная политика Русского государства с середины XVI в. до 60-х годов XVII в. // ИЗ. 1955. Т. 53. С. 270.

7. Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 255.

8. Толстой Д. История... С. 79; Никольский С. О внешних таможенных пошлинах. С. 52; Аристов Н. Промышленность Древней Руси. СПб., 1866. С. 225; Рудченко И.Я. Исторический очерк обложения торговли и промыслов в России. СПб., 1893. С. 13. В пользу этой версии свидетельствуют записи сохранившихся таможенных книг Великого Новгорода 1610/11 и 1613/14 гг., Вологды 1634/35 г., Устюга 1633/34 г., Великих Лук 1669—1676 гг.: пошлине подлежал лишь проданный товар; явленный же, но непроданный либо переписывался в таможенные книги следующего года, либо беспрепятственно вывозился в исходный пункт, либо отпускался в «отвоз» (в последнем случае купец платил «проезд» или «свалу и отвозу») (см.: Шумилов М.М. Русские таможенные пошлины... С. 57; Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457; Таможенные книги Московского государства XVII в. ... Т. 1. С. 11—600; Таможенные книги города Великие Луки 1669—1676 гг. / Подгот. к печати А.В. Юрасов. М., 1999. С. 185, 188, 191 и др.).

9. Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 100. Это подтверждается и жалобой нидерландских послов (1631), возмущенных тем, что товары их соотечественников в Москве оценивались гораздо выше их действительной стоимости и благодаря этому облагались «неправильной пошлиной», а товары, оставшиеся непроданными, подвергались перед возвратом в Архангельск (в нарушение прежних обычаев) вторичной «таможенной очистке» (Кордт В.А. Очерк сношений... С. 271).

10. ААЭ. Т. 2. № 65. С. 144.

11. Сергеевич В.И. Лекции... С. 471; Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 254.

12. Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 256. В пользу этой версии свидетельствует отчет нидерландских послов 1631 г., из которого следует, что московские таможенники произвольно завышали стоимость привозных товаров вдвое, а затем по такой оценке взимали пошлины (Отчет нидерландских послов... С. 99).

13. Мерзон А.Ц. Таможенные книги XVII в. М., 1957. С. 30.

14. Базилевич К.В. К вопросу об изучении таможенных книг XVII в. // ПИ. 1936. Вып. 2. С. 80—90.

15. Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 101—106.

16. Рудченко И.Я. Исторический очерк... С. 14; Мельгунов П.П. Очерки по истории русской торговли IX—XVII вв. М., 1905. С. 117; Козловский И. Краткий очерк истории русской торговли. Киев, 1898. Вып. 1. С. 21.

17. См.: Тихонов Ю.А. Таможенная политика... С. 264—265.

18. Толстой Д. История... С. 78—79.

19. См.: Лодыженский К. История... С. 5—6.

20. См.: Кулишер И.М. История... С. 181.

21. Демкин А.В. Западноевропейское купечество в России в XVII в. М., 1994. Вып. 1. С. 60; Кисловский Ю.Г. История таможни государства Российского. М., 1995. С. 34; Российское таможенное право. Учебник для вузов / Отв. ред. Б.Н. Габричидзе. М., 1997. С. 19; Блинов Н.М. Таможенная политика России X—XX вв. М., 1997. С. 60.

22. В Сибири в XVI—XVII вв. главной таможенной пошлиной было «десятое», представлявшее в глазах современников единую пошлину с «торгового», «соболиного», «соляного», «рыбного» и других тамошних «промыслов» русских людей. «Десятая пошлина, — отмечает А.Н. Копылов, — была значительно тяжелее основной торговой пошлины европейской части Русского государства — рублевой, которая в XVI — первой половине XVII в. находилась в основном на уровне 4—5 д. с рубля и никогда не поднималась выше пяти процентов (10 д. с рубля)» (Копылов А.Н. Таможенная политика в Сибири в XVII в. // Русское государство в XVII в.: Сб. статей / Отв. ред. Н.В. Устюгов. М., 1961. С. 345).

23. ААЭ. Т. 1. № 282. С. 322. В чрезвычайных условиях смутного времени, когда Новгород находился под властью шведов, ставка рублевой пошлины действительно поднималась До 6%. Согласно памяти новгородским таможенным головам от 2 октября 1612 г., с привозных товаров иностранных купцов надлежало взимать по 2 алт. с рубля. В таком же размере тамгой облагались и покупные русские товары, которые вывозились иностранцами из Новгорода. Одновременно создавались преимущества для шведских купцов, которые Должны были платить рублевую пошлину в размере алтына, т. е. 3% (О взыскании пошлин с немецких людей, приезжающих из Швеции. Память новгородским таможенным головам 1612 г. // ААЭ. Т. 2. № 212. С. 271).

24. Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 98.

25. Взималась в размере нескольких денег с каждого подъема. К примеру, в Устюге Великом в 1933/34 г. это составляло по 4 д. за один подъем (Таможенные книги Московского государства XVII в. ... Т. 1. С. 11—600).

26. Д.А. Толстой полагал, что «первая грамота, устранившая пудовщиков от непосредственного взвешивания товаров, относится к 1592-му году» (Толстой Д. История... С. 81).

27. ААЭ. Т. 1. № 170. С. 139; № 228. С. 323; Т. 2. № 65. С. 146. В Вологде в 1630-е гг. пошлина «с весу» взималась со всех явленных в продажу товаров в размере 0.5% с цены (Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457).

28. Там же.

29. ААЭ. Т. 4. № 202. С. 257. Иногда это правило нарушалось. Так, устюжские таможенники разрешали приезжим купцам продажу сала, воска, меда и других весчих товаров «врознь в вес». В этом случае последним приходилось платить не только с продажи привозного товара, но и «с купцов» (Таможенные книги Московского государства XVII в.... Т. 1. С. 31, 159, 187, 190 и др.).

30. ААЭ. Т. 1. № 228. С. 324; № 363. С. 446; Т. 2. № 65. С. 146; Толстой Д. История... С. 81.

31. Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 256—257.

32. Там же. С. 257.

33. Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 111.

34. Гагемейстер Ю.А. О финансах... С. 84; Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 256—257.

35. Сергеевич В.И. Лекции... С. 472.

36. Шумаков С.А. Древнерусские косвенные налоги. С. 257.

37. Уставная таможенная грамота Дмитрова 1521 г. // ААЭ. Т. 1. № 170. С. 139.

38. ААЭ. Т. 3. № 241. С. 362.

39. ААЭ. Т. 1. № 134. С. 100; АСЭИ. Т. 3. № 23. С. 41; Толстой Д. История... С. 89; Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 107.

40. ААЭ. Т. 3. № 241. С. 361.

41. ААЭ. Т. 1. № 331. С. 399. И.Д. Беляев и Е.Г. Осокин относили поместное к разряду гостиных пошлин (см.: Беляев И.Д. Рец. на кн. Е.Г. Осокина... С. 63; Осокин Е. Несколько спорных вопросов... С. 566).

42. ААЭ. Т. 1. № 100. С. 78.

43. Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457.

44. ААЭ. Т. 1. № 335. С. 404. Из сохранившейся таможенной книги Тотьмы 1634/35 г. следует, что помер взимался с продавца хлеба в размере одной деньги «с чети» (Таможенные книги Московского государства XVII в. ... Т. 1. С. 11—600). Сам способ начисления помера — специфической пошлины — располагал к тому, чтобы его взимали по факту таможенной оценки явленного на продажу хлеба, т. е. еще до продажи (Там же. С. 67, 69, 100 и др.).

45. В Устюге Великом помер взимался с покупки хмеля в размере 12.5 коп. скипы товара (Таможенные книги Московского государства XVII в. ... Т. 1. С. 33, 39, 40, 47, 57, 171, 174, 177 и т. д.).

46. Толстой Д. История... С. 84. Для меры товаров по всем торгам рассылались так называемые «пятенные меры» с государевым клеймом (Там же).

47. Там же. С. 85. Иногда явленный на продажу хлеб оценивался в рублях и облагался рублевой ставкой (см.: Таможенные книги Московского государства XVII в. ... Т. 1. С. 472—476, 478, 484—485 и др.).

48. ААЭ. Т. 1. № 335. С. 404. На корце ставилось то же клеймо (пятно), что на «государевой пятенной мере» (Там же).

49. Таможенная книга города Вологды 1634—1635 гг. С. 22—457.

50. ААЭ. Т. 1, № 134. С. 100; № 282. С. 321.

51. Раздорский А.И. Торговля Курска... С. 279.

52. Осокин Е. Несколько спорных вопросов... 543; АСЭИ. Т. 3. № 53а.

53. Раздорский А.И. Торговля Курска... С. 278—279.

54. Таможенные книги Московского государства XVII в. ... Т. 1. С. 130—139.

55. ОР РНБ. Ф. 558. Собр. М.П. Погодина. № 1564. Л. 41—41 об.; Судебники XV—XVI веков / Подгот. текстов Р.Б. Мюллер и Л.В. Черепнина; Коммент. А.И. Копанева, Б.А. Романова и Л.В. Черепнина. М.; Л., 1952. С. 174—175, 332; Осокин Е. Внутренние таможенные пошлины... С. 80—83; Шумаков С. Л. Древнерусские косвенные налоги. С. 261.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика